ФЭНДОМ


ГИДРА

У Гидры, выросшей в болотах Лерны, было огромное туловище и девять голов. Её было сложно убить. Вместо каждой срубленной головы, на этом же самом месте, немедленно вырастали две новые. Геракл позвал на помощь Иолая, чтобы тот стал прижигать горящими головнями основания голов гидры, не давая им вырастать ....

1998г.

Оглавление:

Предисловие

ЧАСТЬ I. ПРИЗНАКИ ФАШИЗМА

1.1 Культ ненависти

1.2 Культ исключительности

1.3. Культ традиционализма. Фашистская эстетика.

1.4. Куль личности и вождизм

1.5. Культ государства

1.6. Культ силы

1.7. Культ войны

1.8. Культ героя

1.9. Культ нового человека

1.10. Корпоративизм

1.11. Государственные механизмы фашизма

1.12. Экономика фашизма

1.13. Фашизм и культура

1.14. Религия и фашизм

1.15. Авторитаризм и Тоталитаризм.

Предисловие Править

Эта книга была задумана ещё два года назад, в преддверии президентских выборов, которые прошли в июне-июле 1996 года. Среди интеллектуалов и просто образованных людей тогда бродил Страх. Леденящий ужас от мысли о возможности прихода к власти все ещё могущественных бандитско-чекистских группировок, почувствовавших себя, после распада СССР, обделёнными властью и деньгами, бывшей государственной собственностью, которая ныне разворована лихими бывшими комсомольцами и вороватыми "красными директорами". Страх того, что экономические и социальные проблемы большинства российских избирателей могут сыграть жестокую шутку с нашей страной, которая в этом столетии и так уже натерпелась.


Сильным эмоциональным толчком и главным побудительным мотивом к созданию этой книги стала гнетущая политическая предвыборная атмосфера весны 1996 года, а ещё в большей степени, вопиющее историческое невежество, непонимание сути фашизма большинством российских избирателей, в руках которых оказалась судьба страны. Непонимание фашизма, как универсального явления, существующего вне каких-либо определённых исторических или культурных рамок, без привязки к географии, национальным или расовым особенностям народов.


Всего лишь пять лет назад все мы были на пороге гражданской войны. Прошло всего пять лет, как из танковых орудий расстреляли избранный народом парламент. Ещё не ушла в прошлое мечта генералов госбезопасности о "железной руке", правящей страной и концлагерях в Сибири. Не стали прошлым грёзы бывших партаппаратчиков о бесконтрольном разграблении страны грандиозными стройками, бездумным освоением Севера или параноидальным укреплением обороноспособности страны, на которую никто не собирается нападать (вряд ли найдутся в мире такие идиоты, которые рискнут проверить на своей шкуре эффективность ядерного щита России). Пугает также "инициатива снизу", вроде создания новой русской фашистской партии или возрождения националистом Штильмарком, на обломках НПФ "Память"  черносотенного движения.


В термин "фашизм" я вкладываю лишь тот смысл, который изначально вкладывался в это понятие Бенито Муссолини, человеком, который впервые произнёс это слово публично и определил его содержание в марте 1919 года, а также, как этот термин понимался теоретиками фашизма первой трети 20-го века. Фашистскими организациями  я называю в этой книге различные политические движения и политические режимы, применявшие методы захвата власти и способы её удержания, описанные теоретиками фашизма, их предшественниками и последователями. Используемые в настоящей книге базовый понятийный аппарат, исторические, политические и экономические основы фашизма приводятся в их первоначальном значении, именно так, как они использовались в первоисточниках, т.е. работах предвестников, основоположников и теоретиков фашизма, начиная с 19-го века по настоящее время.


Я намеренно не использую, привычные для русскоязычного читателя, советские пропагандистские штампы в определении фашизма, а также любые другие идеологические ярлыки, независимо от их политической окраски и независимо от не всегда корректной интерпретации  исторических событий. В моей книге фашизм рассматривается лишь сам по себе, как самостоятельно существующее явление, как набор универсальных способов захвата и удержания власти, отдельно от  идеологической шелухи политически ангажированных историков и государственных пропагандистов.


Большинство людей полагают, что интуитивном уровне ощущают разницу между демократической системой и фашистской диктатурой. Если в результате смены правящего политического режима и прихода к власти некой группы людей отменяется цензура, объявляются выборы, провозглашается примат равенства граждан, плюрализма, провозглашается необходимость политического разнообразия, то большинство людей однозначно воспринимают событие смены власти, как демократическую революцию.  А если новая власть закрывает газеты и телеканалы, устанавливает цензуру, запрещает любую политическую и общественную деятельность вне ограниченного перечня разрешённых властью политических организаций, распускает парламент или законодательная власть монополизируется какой-либо партией, отменяет выборы, устанавливает табу на обсуждение отдельных политических, социальных или исторических тем, то эти события трактуются, как установление фашистской диктатуры.


На самом деле, не всегда фашистская суть политического режима  столь очевидна. Фашизм может чувствовать себя вполне уютно в стране с многопартийной системой, если остальные партии несут декоративную функцию и не участвуют в управлении государством. В стране может отсутствовать официальная цензура, но при этом большинство СМИ подконтрольно правящей фашистской партии.  Во многих фашистских странах, как существующих, так и существовавших ранее, формально сохранялся демократический статус, регулярно проходили выборы, естественно с заведомо известным результатом в пользу единственной фашистской партии. В Югославии после переворота 1929года фашисты распустили парламент, а Болгарии, Польше, Австрии, Венгрии, Румынии при фашистах парламенты не были распущены. Диктатура отдельных фашистских стран стран имела монархо-фашистскую форму, то есть опиралась на власть монарха (в Греции и Югославии - короля, в Болгарии - царя). 


Даже при явном наличии признаков сильной авторитарной власти единственной партии и её лидера, большинство граждан неспособно увидеть фашистские черты у власти своей страны. Пока человек лично на себе не почувствует пристальный хищный взгляд фашистского зверя, он может и не осознавать античеловечной сути политического режима в своей стране. В этом случае, справедливо классическое марксистское утверждение о том, что бытие человека определяет его сознание.


В нацистской Германии, если гражданин не был евреем, цыганом или  коммунистом, то  вполне мог не заметить звериной сущности нацистского государства. Наоборот, состояние добропорядочного, законопослушного и верящего в Бога, доброго и трудолюбивого немца, при его соприкосновении с государственной машиной Третьего Рейха - это патриотическое ликование. Борьба с коррупцией, социальные гарантии, попытки искоренения таких общественных пороков, как проституция, преступность, наркомания и алкоголизм, бродяжничество и тунеядство, и другие  меры, проводимые в жизнь фашистским правительством с помощью ненависти и насилия, встречают безусловное одобрение большинства граждан.


Часто фашизм не просто молчаливо одобряется гражданами, а встречается ими с восторгом, с ликованием. Как это было, например, в нацистской Германии и фашистской Италии. Особенно в Италии, где фактор страха перед государственной машиной подавления инакомыслия был менее значим и где не было таких репрессий, какие были в гитлеровской Германии, не было концлагерей, не было ужасов войны. Режим Муссолини был, в сравнении с гитлеровским, менее кровожадным и менее жестоким. Именно Италию при Муссолини историки и политологи называют классическим фашистским государством, а политический режим, установленный в Италии сторонниками Муссолини, именуют классическим фашизмом в академическом понимании этого термина. Фашизмом, в котором наиболее ярко проявлялись все его основные признаки (авторитаризм, этатизм, популизм, вождизм, традиционализм и пр.).


Фашизм бессмертен

Лично для меня, война с фашизмом -  это та война, в которой нельзя победить, но и не участвовать в ней невозможно. Эдмунд Бёрк когда-то сказал, что единственное, что нужно для триумфа зла — это чтобы хорошие люди ничего не делали.   Фашизм приходит к власти по вине людей, которые понимают его опасность, но бездействуют.


Опасность фашизма - в простоте понимания морально нечистоплотными политиками его основных принципов, лёгкости практического применения его методов, а также в его исключительной привлекательности для народных масс. Непонимание большинством избирателей его настоящей природы, неадекватно низкая оценка его опасности, всеобщая историческая и политическая безграмотность - благодатный питательный субстрат для прорастания фашизма на любой почве, даже казалось бы не на самой благоприятной для этого. Часто бывает так, что расти он начинает медленно, постепенно оплетая своими побегами умы людей.  От  Ницше  до  Гитлера прошло полвека, от "Rerum novarum" Винченцо  Печчи до Джентиле и Муссолини прошло 30 лет, от Жоржа Буланже до Жака Дорио прошло пятьдесят лет.


Фашизм - абсолютное зло и поэтому его нельзя победить. Можно раздавить военной мощью фашистское государство, но невозможно полностью уничтожить саму идею, в основе которой изуверское стремление насильно сделать всех, без исключения, граждан страны счастливыми, по придуманному кем-то единому образцу. Очень трудно истребить желание некоторых людей проводить силой государственного принуждения и подавления то, что либо должно проводиться самой жизнью постепенно, без насилия, либо то, что в естественных условиях свободы выбора вообще плохо приживается или не приживается совсем, либо то, что противно самой человеческой природе и не имеет права на существование.


Фашизм бессмертен, ибо в основе его лежит эксплуатация отдельных низменных сторон человеческой природы и эффективное управление поведением толпы. Можно смело утверждать, что истоки фашизма изначально заложены в любом человеческом сообществе, в самой природе человека, высшего социального животного. Мы не удивляемся тому, как уживаются в одном человеке хорошие и плохие черты его личности, по той же причине, полагаю, не стоит удивляться присутствию в человеческих сообществах одновременно, как гуманистических прогрессивных, так и деструктивных человеконенавистнических идей. Идеалистическая вера в искоренение на планете фашизма равнозначна религиозной вере в окончательную и абсолютную победу добра над злом. Желать этого можно, быть уверенным - глупо.


Фашизм очень привлекателен для рядового обывателя, в особенности для малообразованного, с неразвитым мышлением и склонного, вследствие этого, к упрощениям. Для которого удобно и привычно делить все, существующее в окружающем его мире на исключительно две половины, на хорошее и плохое, чёрное и белое, а граждан в государстве на лучших и худших. Для таких людей не существует цветов и полутонов, мир людей для них всегда черно-белый.


Фашизм обещает простыми, до примитивности, способами обеспечить социальное благополучие. В диапазоне от понятного люмпену бандитского "отнять все и поделить", до изощрённого, установленного уродливыми правовыми нормами, государственного вмешательства в производственную и финансовую сферу. Фашизм легко обеспечивает общественные запросы на великодержавие и имперские амбиции титульной нации, исключительность религиозной группы и пр. Не обходит фашизм своим вниманием запросы общества на сохранение традиционных ценностей и национальную героику, включая искажённую трактовку исторических событий, не соответствующую реальности, но потакающую желанию малообразованных слоёв населения видеть историю своей страны в выгодном, по их мнению, виде.  Фашизм разоблачает недостатки капиталистического общества, такие как гедонизм, потребительство как цель жизни, коррупцию, пороки избирательной системы, ограниченность демократических институтов и невозможность прямого участия граждан в управлении своей страной.


Абсолютно любой человек, благодаря фашистской пропаганде, может почувствовать себя принадлежащим к элите, к лучшей части населения своей страны, причастным к созданию справедливого и сильного государства, искоренению социальных пороков. И не важно, кем он при этом является, аристократом, финансистом, промышленником, простым клерком, фермером, сезонным рабочим или даже самым безнадёжным в социальном отношении, завшивленным и вечно пьяным, живущим под мостом клошаром, отягощённым различными фобиями и мощным комплексом неполноценности. Достаточно, чтобы он считал себя патриотом своей страны и причислял себя к сторонникам фашисткой партии.


Тяга фашизма к традиционализму выгодна для доминирующей в стране религии, в особенности, если она является официальной государственной. Культ войны выгоден промышленникам и финансистам, зарабатывающих на военных заказах, а создание "социального буфера" между капиталистами и пролетариатом приветствуется профсоюзами. Жёсткость, а нередко излишняя жестокость по отношению к криминальным элементам, радостно приветствуется законопослушными гражданами. Регулируемые цены на продовольствие выгодны домохозяйкам, а увеличение государственных  (в особенности оборонных) заказов приветствуется их мужьями. Констатация в массовой культуре доминирующей роли   мужчин в общественной жизни страны, нравится сильной половине населения, а "культ матери и хранительницы семейного очага" импонирует слабой половине. У фашизма всегда найдётся, что предложить каждому.


Фашистские политические группировки и фашистские партии, традиционно опирающиеся на поддержку большинства избирателей, чаще всего приходят к власти  двумя основными путями - в результате выборов или при передаче власти легитимным способом от предыдущей правящей  элиты, напуганной политической обстановкой в стране. Фашизм либо заботливо культивируют без лишней спешки и тогда он приходит под радостные крики толпы, либо им правящая элита тушит зарождающийся пожар народных волнений. Фашизм годится как для одного, так и для другого.  В первом случае,  он гордо берет власть по воле избирателей, одурманенных фашистской пропагандой, действуя через выборы, референдум или путём формирования "народного правительства" усилиями парламентского большинства. Во втором случае,  власть фашистам приносят на блюдечке, с низким поклоном и просьбой принять её из рук правящей на тот момент властной политической структуры или царствующего монарха.


Фашизм, хоть и крайне редко, но всё-таки может прийти непосредственно в результате военного переворота или революции, несмотря на то, что это не естественный для него путь. В этом случае, не сам путч непосредственно, а лишь следующие за вооружённым переворотом события, последовательно ведут к фашистской диктатуре.


Часто люди, пришедшие к власти силовым путём без поддержки народных масс, сперва не слишком остро нуждаются в широкой поддержке населения страны и выбирают на начальном этапе иные пути удержания власти. На первом этапе, после вооружённого захвата власти, им гораздо важнее лояльность армии и полицейских сил. Тем не менее, пришедшие к власти с помощью её вооружённого захвата, вероятно, потом  могут обратиться к фашизму для легитимизации,  путём получения "мандата народного доверия" , с целью последующего удержания власти или для создания нового государства. Население, сначала с естественным недоверием или откровенно враждебно относящееся к путчистам, после соответствующей пропагандистской обработки, постепенно начинает принимать их идеологию и относиться терпимо к их методам государственного управления. Но ещё раз повторюсь, что вооружённый захват власти - это возможный, но не естественный для фашизма путь, т.к. основа государственной власти фашизма заключается в его массовой поддержке населением.


Рафинированные, абсолютно фашистские государства, в классическом их определении  - большая редкость. Как правило, политические режимы, называемые историками фашистскими, имели признаки фашизма разной степени выраженности. Некоторые режимы не имели полного набора признаков, характерных для классического фашизма, но тем не менее, по степени выраженности остальных признаков их можно с уверенностью отнести к фашистским. Фашистские движения и политические режимы, существовавшие в истории, создавались на основе различной, нередко чуждой, на первый взгляд, классическому фашизму идеологии.


Симптомы фашизации, всегда присутствующие в любом обществе, хоть и проявляются по-разному, но всегда имеют общие легко узнаваемые черты. Отличие здорового общества от больного фашизмом, в выраженности симптомов болезни, т.е. в степени влияния фашистских идей на жизнь этого общества. То, что в фашистском государстве является реальной государственной политикой, в либеральном демократическом обществе существует лишь в виде абстрактных идей.


Вначале традиционалист-народник исповедует здоровый национализм, который можно только приветствовать. Действительно, нет ничего плохого в том, что человек гордится своим народом. Он покупает для своего городского дома картины с сюжетами из народных сказок, сельского быта, на исторические темы. Потом, в какой-то момент, он начинает считать свой народ исключительным, берет дубину с гвоздями, встаёт под знамёна православных боевиков "Союза русского народа" и идёт бить иноверцев. Это - фашизм.


Ликующие "патриоты" сначала начинают жечь учебники истории, не соответствующие фашистской идеологии, потом в костёр летят учебники по литературе, искусству, постепенно доходит очередь до других книг. Полуграмотные пьяные немецкие штурмовики с гиканьем и улюлюканием кидали в огонь то, что долгие годы составляло гордость немецкого народа. Чилийские солдаты зажигали костры из книг на улицах Сантьяго, под улюлюканье толпы, через сорок лет после немецких штурмовиков. А исламские фанатики жгут книги сейчас. Достаточно лишь начать и если это не остановить, то конец будет предсказуемым и ужасным. Справедливо в трагедии Генриха Гейне "Альмансор" написано, что там, где сжигают книги, рано или поздно станут сжигать и людей. Потому, что это то же проявление фашизма.


Фашизм шагает по стране уверенно, без опаски, когда для юристов источником права становятся программные документы партии или публичные высказывания вождя. Когда становится аморальным соблюдать существующие законы. Когда бандитское отребье уверено в своей безнаказанности, в том, что не будет никакой ответственности за насилие и погромы, в том случае, если эти преступления объявляются уголовниками проявлениями "справедливого народного гнева".


Самый активный электорат фашистских партий - люмпены и другие малообразованные слои населения, чьё мировоззрение сформировано исключительно  на основании публикаций в средствах массовой информации и органах государственной пропаганды.


Опорой фашизма являются также те слои населения, которые  пострадали  от  экономического либо политического кризиса, испытывали унижение, чувство обиды и несправедливости.


Ярким признаком фашизма является наличие неких врагов, зачастую мнимых, а также одержимость толпы идеями внутреннего заговора, ещё лучше - международного.  Фашистский режим  неустанно повторяет своим гражданам, что государство находится в осаде, окружено кольцом могущественных и сильных врагов, а внутри страны ведёт свою подрывную деятельность предательская "пятая колонна", действующая непременно при помощи внешнего врага. В гитлеровской Германии на роль пятой колонны были назначены евреи, в СССР - кулаки, в Чили - американцы, а в Индонезии - коммунисты.


Так, что же такое фашизм? Сам термин "фашизм" лишён какого-то определённого, единогласно признанного историками и политологами конкретного содержания.


Фашизм — это, вопреки распространённому в обществе мнению,  не строгая и упорядоченная система политических взглядов, а, как было указано выше, набор универсальных методов захвата и удержания власти, с помощью строго определённых способов манипулирования массовым сознанием. Это крайний воинствующий антилиберализм, авторитаризм и этатизм в экстремальном его проявлении, основанный на популизме и поддержке большинства граждан. Фашизмом также называют  авторитарные политические системы, провозглашающие превосходство какой-либо определённой доминирующей группы людей в государстве над всеми другими, отрицающие демократию, плюрализм, свободу слова, политическое разнообразие и пр. Основной принцип фашизма  - Siamo nel giusto, perch_ siamo una nazione (мы правы, потому что мы и есть народ). А основной фашистской идеей  является государственное и (или) национальное единство.


Туго связанный пучок берёзовых прутьев (фасций), являлся символом власти в Древнем Риме и символизировал право исполнения государством своих решений силой. Именно из  названия этого пучка прутьев, перевязанных красным шнуром, и родилось само слово "фашизм". Часто в государственную символику фашистских государств входит этот приметный фашистский атрибут, наряду со стилизованной под свастику эмблемой правящей фашистской партии. Во многих странах изображение фасций вне закона. Запрет на фашистскую и нацистскую символику действует, в том числе и в современной России. Например, в прошлом году был принят Закон г. Москвы от 15 января 1997 года № 1 "Об административной ответственности за изготовление, распространения и демонстрацию нацистской символики на территории города Москвы". Большинство фашистских партий, желая обозначить свою историческую преемственность, происхождение от уже ранее существовавших фашистских организаций, партий или государств, используют в своей партийной или государственной символике образы фасций и свастики. Если вы видите на флаге политической партии стилизованное под свастику изображение или на эмблеме государственного органа присутствуют фасции - с большой долей вероятности, вы имеете дело с фашистами.


В основе идеологии и социальной платформы фашизма часто присутствуют, в том или ином виде, идеи социализма, социального государства.  Классический европейский фашизм первой половины XX века отрицал марксистскую идею классовой борьбы и проповедовал классовое сотрудничество, но при этом противопоставлял себя буржуазным политическим течениям и буржуазной идеологии.  Тем не менее, фашизм, как явление, нельзя однозначно отнести ни к левым, ни к правым, ни к центристским. Фашизм, на самом деле, может основываться на абсолютно любой, удобной для него идеологии. Социальное сотрудничество, по мнению современных фашистов, может быть на любой основе, например, расовой или национальной, религиозной или атеистической и т.п.


По мнению европейских фашистов первой половины 20-го века, (ярким примером этому является итальянский фашизм), классы должны взаимно дополнять друг друга, ориентироваться на общее сотрудничество, которое необходимо для процветания фашистского государства. С точки зрения европейских фашистов, принадлежность человека к тому или иному классу определяется лишь его профессией и социальным статусом и не должна входить в противоречие с интересами всего народа, с интересами единого фашистского социалистического государства.


С точки зрения идеологов большевизма, социальное сотрудничество возможно между различными профессиональными группами населения лишь в обществе, полностью лишённом классовых противоречий. Построение бесклассового общества было основной задачей  правящей партийной бюрократии в Советской России.


Исламофашизм под социальным взаимодействием понимает построение социалистического государства на основе религиозных догм. Социальные классы и национальное происхождение людей вообще не имеют для исламофашистов никакого значения. Важна лишь принадлежность человека к определённому религиозному течению. Идеи исламского государства всеобщего благоденствия имеют очень древнее происхождение.  Основателем идеи обычно называют Абу Зарра аль-Гифари. Эта идея в момент своего рождения не носила  фашистского оттенка и частично была даже реализована ещё в Арабском халифате в VII веке. Постепенно, из века в век, происходила фашизация идеи всемирного исламского халифата. Только в 1969 году идея исламского государства всеобщего благоденствия была воплощена в реальное исламофашистское государство, с приходом к власти Муаммара Каддафи в Ливии.


Современный религиозно-фундаменталистский фашизм, именуемый джихадизмом, неистребим силовыми методами в принципе. Он не локализован, сторонники джихадизма рассредоточены по всему миру. Джихадизм исчезнет сразу после того, как сама идея джихада станет непопулярной, т.е. ещё очень нескоро.


Большинство фашистских режимов в Европе и Америке в первой половине XX века были социалистическими странами. Такими, например, были Третий рейх и фашистская Италия. По сути, фашизм в Западной Европе образца первой половины XX века - это антимарксистская форма социализма. После окончания Второй мировой войны фашистские режимы возникали уже не только на почве социалистической идеологии и в их основу могла быть положена любая идея исключительности, к примеру, религиозная. Социалистическая идея, на самом деле, самая привлекательная и некоторые фашистские движения и политические режимы успешно сочетали в своей идеологии одновременно социалистические и другие идеи (исламский социализм, африканское единство и пр.).


Провозглашаемые фашистами цели прихода к власти, оправдание террора, направленного на удержание власти, могут были различны. Если есть подходящая для захвата и удержания власти идеология, то фашизм использует эту идеологию. Если такой идеологии нет, фашизм использует то, что есть, либо создаёт новую.  Соответственно декларируемой цели, фашистами не только выбирается существующая или создаётся новая идеология, но также тщательно строится под эту идеологию фашистская пропаганда. Пропаганда - самое главное и самое эффективное оружие фашистов.


Привлекательность фашизма для народных масс заключается, помимо прочего, ещё и в том, что он провозглашает себя революционной силой, ниспровергающей привычные нормы и принятую в обществе буржуазную мораль. Фашизм рождается из разочарования в прежнем политическом режиме, из поиска новых радикальных путей политического и социального переустройства и решительной переоценки прежних ценностей. Главные враги фашистов -  носители буржуазной либеральной идеологии и протестантской этики, лежащей в основе современного капитализма.


Все фашистские политические режимы имеют ряд общих особенностей, отличительных признаков, в независимости от господствующей идеологии, т.к. само понятие фашизма имеет отношение, в первую очередь, к политическому устройству государства, а не идеологии. Идеологический спектр разных фашистских политических партий и движений может быть различным, нередко прямо противоположным. Классический фашизм проповедует интернационализм, а немецкий национал-социализм утверждает превосходство одной нации над всеми другими. Клерикальный христианский фашизм основан на христианской этике и религиозной традиции, а сталинизм на марксистском учении и атеистическом мировоззрении.


Основными характеристиками сформировавшегося фашистского государства являются: обязательно авторитаризм, наличие какой-либо государственной идеологии (все равно какой), радикальный этатизм, часто развитый корпоративизм, обязательно явный (часто примитивный) популизм, очень часто традиционализм, религиозный или политический вождизм, иногда милитаризм и всегда ксенофобия. В фашистском государстве может культивироваться радикальный расизм или национализм, ярый антикоммунизм, либо наоборот, коммунистическая идеология в крайних её проявлениях (сталинизм, маоизм и пр.).


Авторитаризм является обязательной отличительной характеристикой фашизма, даже если фашистский режим может прийти к власти путём волеизъявления  населения, путём всенародного свободного голосования.


Фашистский режим  либо изначально открыто тоталитарен, либо явно стремится к тоталитаризму, не признаваясь открыто в этом. Это  его свойство вытекает из радикального стремления контролировать все, что может подлежать контролю, в принципе.


Не все авторитарные и тоталитарные режимы фашистские. Реальная сила и отличительный признак фашизма в  эффективном популизме, апеллирующим непосредственно к народным массам, а не в социальных и политических институтах. Например, авторитарным государством может быть монархия, источником власти которой является царствующий монарх, а не популистская политическая группировка, опирающаяся на большую часть граждан страны. Власть в тоталитарном государстве может принадлежать отдельной религиозной, этнической или социальной группе,  например, клерикальной верхушке в религиозном государстве, военному правительству (так называемая военная хунта), опирающемуся исключительно на силу и лояльность армии и полицейских частей. Власть может распределяться среди традиционной для страны элиты, например, наследственной аристократии, теократии и пр., противопоставляющей себя  народным массам. Во всех этих случаях государство может быть  авторитарным и тоталитарным, но не быть фашистским.


Когда где-то в Европе говорят о фашизме, обычно сразу вспоминают Германию при Адольфе Гитлере и Италию при Бенито Муссолини. И больше на ум редко что-то приходит. Ну может быть, наиболее образованные ещё вспоминают фалангистскую Испанию. Подавляющее большинство россиян вообще отождествляют фашизм исключительно с гитлеровским национал-социализмом (нацизмом). На самом деле, нацизм - это государственная идеология Германии периода 1933-1945. Нацизм провозглашает своей главной исторической задачей создание "расово-чистого государства". Следует различать фашизм как таковой и идеологию, на которую он опирается для завоевания доверия населения и удержания власти.


Правда в том, что фашизм был и есть очень распространённое явление, он разнообразен и многолик. О фашистском государстве можно говорить в отношении режимов: Франсиско Франко в Испании, Антониу Салазара в Португалии,  Анте Павелича в Хорватии, Мао в Китае, Тито в Югославии, Пол Пота в Кампучии, аятоллы Хомейни в Иране, талибана в Исламском Эмирате Афганистан,  Ким Ир Сена и Ким Чен Ира в Северной Корее, Энвера Ходжи в Албании, Хо Ши Мина во Вьетнаме, Франсуа и Жан-Клода  Дювалье на Гаити, Сукарно в Индонезии, Саддама Хусейна в Ираке, Анастасио Сомосы в Никарагуа, Иди Амина в Уганде, Мобуту Сесе Секо в Заире, Масиаса Нгемы Бийого в Экваториальной Гвинее, Иосип Броз Тито в Югославии, аль-Сауда в Саудовской Аравии, Сапармурата Ниязова в Туркменистане и многих других.


Полагаю, что не следует как-то особенно выделять фашистскую Италию, как это делается многими современными историками, отделять её от нацистской Германии и сталинского СССР, от других фашистских государств.  Некоторые историки называют политический режим, который существовал в Италии в период с 1922 по 1945 годы - классическим фашизмом. Все политические режимы в странах, управляемых фашистами, имеют общие черты, которые выражаются в популизме, авторитарном государственном управлении "от имени и в интересах народа". Какой из них классический, а какой нет, какой более фашистский, а какой менее - определить трудно. Да и нет в этом особой необходимости для понимания основной сути фашизма.


Несмотря на то, что не существует чёткой границы между красным и оранжевым или между синим и фиолетовым, тем не менее любому человеку, если он зрячий и не дальтоник, не сложно отличить красный цвет от синего, находящегося в противоположном конце спектра. Политический дальтонизм гораздо опаснее, чем физиологический. Дальтонику достаточно отказать в выдаче водительских прав и он уже не будет представлять опасности для окружающих. Всеобщее избирательное право, к моему сожалению, не делает никаких различий среди избирателей, не учитывает ни социальное положение, ни уровень образования, ни уровень умственного и культурного развития, ни способности конкретного избирателя к пониманию важности осмысленного выбора будущего своей страны. Крайне редко встречающийся в обычной жизни дальтоник, за рулём автомобиля, считается более опасным, чем пьяный маргинал, "отметивший" очередной день пол-литрой горячительного,  с избирательным бюллетенем в руке, на избирательном участке, в день выборов.


Т. к. фашизм паразитирует на отдельных общественных пороках, то и встречается он поэтому повсеместно. Фашизм, как идея, как общественное явление, существует в любом обществе, в любом государстве. Разница лишь в степени фашизации каждого конкретного общества и конкретного государства. Где-то больше, а где-то меньше. В одной стране фашизм находится вне закона и существует лишь в виде маргинальных подпольных фашистских организаций, в других - в виде легальных партий, не имеющих политической перспективы, в связи с непринятием большинством граждан фашистской доктрины или идеологии этих партий. В иных странах фашистские партии могут быть представлены в парламенте и играть весомую роль в государственной политике. Хуже всего, когда фашизм заполняет все доступное ему пространство, как ядовитый газ, когда он становится государственной политикой, проникает во все сферы человеческой деятельности. 


Иногда демократические правительства используют фашистские методы в формально благих целях, не задумываясь при этом о последствиях. При этом, они часто не понимают, что фашизм заразен, как чума. Пройдёт инкубационный период, необходимый для распространения идей фашизма среди людей, иногда достаточно длительный, после чего болезнь молниеносно охватит весь государственный организм. Достаточно будет любого повода для ослабленного глубокой фашизацией государства, например, экономического кризиса или войны.  Иногда это проходит в виде лёгкого недомогания, а иногда исход может стать летальным для государства, как это было в Европе в 1944-1945 годах.


Тридцать второго президента США Франклина Делано Рузвельта американцы не называли фашистом, несмотря на то, что президент  открыто восхищался Муссолини и Гитлером. Многие идеи Рузвельта, методы государственного управления были вполне фашистскими, несмотря на либеральные стратегические цели президентской политики. Адольф Гитлер и Бенито Муссолини публично высказывали ему ответное уважение за его "Новый Курс", о сути которого Рузвельт высказался в своей инаугурационной речи так: "Если мы хотим двигаться вперёд, то мы все вместе должны идти дисциплинированной, верноподданной армией, готовой на жертвы ради общей дисциплины, ибо без такой дисциплины невозможно движение вперёд. Я буду просить у конгресса единственный оставшийся инструмент решения кризиса – широких властных полномочий для борьбы с чрезвычайной ситуацией, столь же неограниченных, как полномочия, которые мне были бы даны в случае фактического вторжения иноземного врага". С первых дней своего президентства Рузвельт объявил о создании федерации промышленности, усиления роли профсоюзов, создании механизмов государственного контроля в экономике, создании государственной  идеологии и строительстве машины государственной пропаганды. Таким образом, придя в Белый Дом, он фактически взял курс на создание в США корпоративистского государства, которое уже в то время существовало в фашистской Италии.


Тем не менее, эффективности существовавших тогда в Америке механизмов политического сдерживания и активного противодействия остальных ветвей власти (законодательной и судебной) хватило для того, чтобы США не получили фашистскую диктатуру пожизненного президента и вождя нации Рузвельта. Да и вправду сказать, американское общество к такому повороту событий было совсем не готово. Уровень фашизации в либеральном американском демократическом обществе, состоящим из бывших эмигрантов, людей разного цвета кожи и разреза глаз, различного вероисповедования был крайне низок. Дух  предпринимательства и личной свободы у американцев оказался сильнее, чем идея построения социального государства.


Фашистские режимы Муссолини и Гитлера были настолько популярны во всем мире, что подавляющее большинство развитых стран, так или иначе, играли в фашизм, перенимали его методы, лозунги, внешнюю атрибутику и даже сам термин "фашизм".  Появились в лексиконе американцев и европейцев такие понятия, как "сельский фашизм", "индустриальный фашизм", "американский фашизм", "русский фашизм" и прочие "фашизмы". Писатель  Герберт Уэллс, в своём выступлении в Оксфордском университете, заявил: "Я хочу видеть либеральных фашистов и просвещённых нацистов". Его желание сбылось, в США после прихода к власти Рузвельта появился этот странный неуклюжий термин "либеральный фашизм". Два абсолютно несовместимых понятия соединились в термине, обозначавшем фашистские способы решения политических и экономических проблем в демократических государствах, т.е. достижение либеральных целей откровенно фашистскими методами.


Тем не менее, фашистским государство можно назвать лишь когда фашизм становится единственной государственной политикой и его родовые признаки налицо. Когда больной фашизмом стране не просто слегка нездоровится, а её лихорадит, то бьёт озноб, то тут же сразу кидает в жар.  Политическое руководство страны кидается из одной крайности в другую. В стране нарушается нормальный образ жизни граждан, разрушаются экономические основы свободного предпринимательства, деградируют наука, искусство, общественные и государственные институты.


Примечательно, что в фашистских странах способы пропагандистского воздействия на массы практически одинаковы, иногда до полной идентичности. Десять лет назад, когда началась Перестройка и в страну стала поступать в большом количестве запрещённая ранее в Союзе литература, меня поразила схожесть агитационных плакатов гитлеровской Германии и СССР 30-х годов. Позднее, когда я увлёкся изучением методов государственной пропаганды тоталитарных режимов,  убедился в идентичности пропагандистских приёмов.  Одни и те же образы, одни и те же герои, даже очень похожая музыка , кино, монументальное и изобразительное искусство. Архитектура, склонная к гигантизму и символизму, различалась в разных странах лишь наличием особых национальных форм, традиционных орнаментов  и пр. Потом оказалось, что  также похожи пропагандистские образы, эстетика и стиль фашистской Италии, фалангистской Испании, фашистских режимов, существовавших уже после окончании Второй Мировой войны и существующих в настоящее время.


Один из определяющих признаков фашизма - государство претендует на мысли граждан. Пропаганда для фашистов является самым главным инструментом власти, даже большим, чем государственный репрессивный аппарат. Так как для фашистов самоцензура в обществе важнее официальной государственной цензуры, то главной целью фашистов является массовые манипуляции с сознанием людей, примитивизация их мышления, чтобы люди мыслили категориями навязанной им идеологии, пропагандистскими образами и лживыми лозунгами.


Человек не всегда способен с первого, второго и двадцать второго раза распознать садистскую  природу государства в котором живёт, ещё и по той причине, что усилиями пропагандистов, на людях фашизм носит небесной красоты вуаль доброй сказочной феи, способной исцелить общество от вечных недугов, дать труженику работу, обеспечить старикам достойную старость, защитить от реальных или мнимых врагов. А в реальности, под этой лёгкой и тонкой красивой вуалью - страшное звериное мурло.


Находясь внутри системы, большинству граждан кажется, что окружающая действительность на самом деле является именно такой, какой её рисует фашистская пропаганда. Для объективного понимания природы и сути фашизма, огромное, если не решающее, значение имеют интеллектуальный уровень и образование, культурные традиции человека. Не случайно, принципиальными противниками фашизма являются интеллектуалы, а ярыми сторонниками - наименее образованные слои населения. Чем ниже стоит на социальной лестнице человек, тем он сильнее подвержен пропаганде.


По определению, фашизм, являясь "народным движением", опирается на массы, на большинство, а значит индивидуализм - враг фашизма. Как только человек перестаёт думать категориями, навязанными фашистской пропагандой, он становится опасен для режима. А если он перестанет публично повторять, как попугай, официальную государственную точку зрения,  ему стоит опасаться за свою работу, гражданство, свободу, а может быть даже и за свою жизнь.


Борьба с фашизмом - процесс перманентный и похож на эскалатор, идущий вниз. Для того, чтобы просто стоять на месте, нужно постоянно двигаться вверх, напоминать людям об опасности фашизма, просвещать их, пресекать попытки фашизации общества, иначе если не бежишь вверх — сползаешь вниз, в мрак, обратно к Аушвицу, Треблинке, Воркутлагу, Харт Маунтену.

ЧАСТЬ 1. ПРИЗНАКИ ФАШИЗМА Править

Многие современные историки, определяя фашизм, как явление, ссылаются на такие его признаки, как стремление к авторитаризму, тоталитаризму, расизм и национализм, т.е указывая признаки свойственные не только фашистским движениям и фашистским политическим режимам. Другие смешивают фашизм и идеологии, на которых он основывается в конкретных исторических примерах. Таким образом, возник стараниями советских военных пропагандистов и послевоенных историков "немецкий фашизм". Фашизм был отождествлён ими с нацизмом, что разумеется не одно и то же.


Я предпочитаю использовать термин "фашизм" в его изначальном смысле. Сам термин возник в качестве определения политического движения в Италии, возглавляемого Бенито Муссолини. Термин "фашизм" первыми широко распространили на политические движения, рождённые вне фашистской Италии,  европейские и американские журналисты в первой трети двадцатого века, с лёгкой подачи международных лидеров Коминтерна, которые в свою очередь переняли это правило у немецких коммунистов-фронтовиков из организации "Рот Фронт". Так появились немецкие фашисты (немецкие национал-социалисты), испанские фашисты (испанские фалангисты) и прочие европейские фашисты.


Основные принципы и методы захвата власти, успешно применённые на практике сторонниками Муссолини, были впоследствии заимствованы многими другими политическими движениями в Европе первой трети 20-го века. Европейская пресса отмечала сходство методов и приёмов политической борьбы у этих политических движений, скрытое или явное подражание Национальной фашистской партии Бенито Муссолини, которая к моменту создания этих движений уже пришла к власти в Италии. Именно по этой причине, подобные новые европейские движения и политические партии, независимо от их идеологии и политической окраски, сразу же после их создания повсеместно, не только в Европе, стали называть фашистскими, что полагаю, справедливо. Тем более, что большинство, указанных выше политических движений в Европе периода 1922-1945 гг., сами себя называли фашистскими, иногда даже внешне копируя чернорубашечников Муссолини, поэтому не вижу необходимости называть их как-то иначе. В политической жизни Европы появилась этакая сборная солянка из разномастных политических организаций и партий, с различными идеями и различной идеологией, но имевших некоторые общие черты.


Различные партии и политические режимы прошлого и настоящего, которые следует, без оговорок, однозначно назвать фашистскими, можно отнести как к правым, так и к левым и даже центристским. По мнению Бертрана Рассела, фашизм не является упорядоченным набором убеждений и в этом я с ним согласен. На самом деле, принимая во внимание универсальность фашизма, не имеет большого значения ни идеология, ни принадлежность фашистского движения к определённой части политического спектра.


Некоторые отдельные историки (в том числе советские) противопоставляют фашизм любым левым идеологиям. По моему скромному мнению, это не совсем корректное противопоставление. Такое заблуждение возникло вследствие того, что в отдельных странах (Германии, Испании и пр.) фашисты действительно пришли на волне страха перед захватом власти местными коммунистами и установления ими кровавой "диктатуры пролетариата", подобной большевистскому режиму в СССР.


Большинство фашистских партий и политических режимов родились из как раз из левой, а чаще из леворадикальной среды. Сам Бенито Муссолини был   известным членом Итальянской социалистической партии. Французская народная партия была создана бывшими коммунистами, а её лидер Жак Дорио был видной фигурой международного коммунистического движения и одно время даже был членом политбюро Французской коммунистической партии. Ядро многих фашистских партий Европы на заре европейского фашизма составляли бывшие активные члены леворадикальных и коммунистических организаций. В основе европейского фашизма начала века, были именно идеи социализма. Некоторые бывшие европейские марксисты, ужаснувшись результатами переворота 1917 года в России, стали искать другие принципы построения социального государства. Не всегда и не везде эти теоретические поиски далеко уводили будущих фашистов от марксизма, как политической теории.


Основатель Британского союза фашистов баронет  Освальд Мосли считал фашизм жёстким центром в политическом спектре и его организация действительно была таковым "жёстким политическим центром"  в Британской Империи. Немецкий национал-социализм тяготел к праворадикальному крылу немецкой политической оппозиции.


К фашистам часто примыкают также консерваторы, не склонные, на первый взгляд, к проявлению симпатий по отношению к экстремальным политическим течениям. На самом деле, они просто бывают раздражены невозможностью консолидации общества против угрозы революции, хаоса и неспособности эффективной борьбы традиционными либеральными методами с экономическим кризисом или просто напуганы уже существующей анархией в обществе и центробежными тенденциями в государстве.


Ни авторитаризм, ни тоталитаризм не являются исключительными характеристиками фашизма, эти явления могут иметь место и в нефашистском государстве. Фашизм характеризуется экстремальными проявлениями, как вполне обыденных явлений, присутствующих в любом либеральном демократическом обществе, так и свойственных ему в гораздо большей мере, например антилиберализма, традиционализма, социального дарвинизма, которые превращаются из абстрактных философских идей в громкие лозунги и руководство к действию. Фашизм, в отличии от иных авторитарных и тоталитарных режимов, характеризуется тем, что поддержка населением каждой этой идеи превращается в настоящий политический культ. Именно поддержка граждан даёт настоящую силу любому фашизму. Массовое сознание, общество и государство поражаются той же болезнью, какую применительно к отдельному человеку называют паранойей.


Латинское слово "cultus" дословно означает "поклоняться" или "чрезмерно почитать".  В этой книге, под культом подразумевается исключительно нерелигиозное, бездумное и безусловное преклонение перед кем-нибудь или чем-нибудь. Культы чрезвычайно привлекательны. В группе приверженцев любого культа человек удовлетворяет свою потребность в самоидентификации, в одобрении своих поступков, в повышении в своих глазах и глазах окружающих  собственной значимости.


Адептам культа свойственна узость во взглядах и фанатичность. То, что адепты культа считают своими собственными взглядами, на самом деле, лишь продукт умелых манипуляций с их сознанием.


Манипуляция сознанием – это действие, направленное на склонение человека к мыслям, чувствам и поведению, выгодных манипулятору. При этом человеку информация подаётся таким образом, что она ему кажется достоверной и на её основе он формирует своё собственное мышление. Мысли, выгодные манипулятору, рождаются в голове самого человека, а не навязаны извне. Он ощущает эти мысли целиком своими и возникшими на основе правдивой информации. В результате происходит формирование в нём иной личности, изменённой в желаемом направлении.


В результате действий манипулятора, человек полностью или частично теряет способность к анализу, критичному мышлению и не замечает того, что им манипулируют. Манипуляция сознанием проводится фашистами массово, через грамотно поставленную пропаганду. Для пропаганды фашистами выбираются самые примитивные трюки, влияющие на элементарные эмоции, в минимальной степени  затрагивающие разум человека.


Примитивизируется различие человеком добра и зла. Пропаганда делит весь мир на чёрное и белое. Все, что делают фашисты, относится к добру, а остальное – к злу. В сознании человека, подвергшегося фашистской пропаганде, создаётся устойчивая дихотомия "друг–враг".


1.1 Культ ненависти Править

Без врагов фашистский режим в принципе не может существовать. Эксплуатация образа врага является для него одним из основных способов осуществления политической власти.  Враги - одно из необходимых условий существования фашистского режима. Без врагов - это уже не фашизм. Именно наличием врагов оправдываются необходимость нахождения фашистов у власти, ущемления прав и свобод людей, именно этим обстоятельством объясняются все экономические трудности в фашистском государстве. Желанием внутренних врагов уничтожить фашистское государство, обуславливается наделение этого государства неограниченными полномочиями в отношении граждан. Злые намерения внешних врагов служат оправданием милитаристской агрессивной внешней политики по отношению к остальному миру.  Приписываемое  соседним государствам стремление к аннексии территорий фашистского государства или угнетению расово, национально, социально или религиозно близких фашистам граждан соседней страны, является поводом для военного вторжения (нанесение превентивного удара) или военной и финансовой помощи фашистским и террористическим организациям в этих соседних странах.


Создание образов внутренних и внешних врагов напрямую направлено на увеличение градуса ненависти в обществе и повышение шанса на приход к власти фашистской партии или напрямую способствует укреплению власти уже существующего фашистского режима.


Главной целью конструирования пропагандистами образа внешнего врага, является чёткое разделение в общественном сознании окружающего мира на "своих" и "чужих" и закрепление враждебного отношения общества к определённым группам. Населению фашистской пропагандой навязывается примитивная картина мира, в рамках простой для понимания дихотомии "мы и наши враги". Мир, с точки зрения пропаганды, не имеет никаких оттенков, только белое и чёрное.


Ненависть к врагам - основной способ сплотить подконтрольное режиму, подверженное фашистской пропаганде население, превратить людей в одержимую бесноватую толпу.


В романе "1984" Оруэлла описаны "двухминутки ненависти": "Словно от электрического разряда, нападали на все собрание гнусные корчи страха и мстительности, исступлённое желание убивать, терзать, крушить лица молотом: люди гримасничали и вопили, превращались в сумасшедших. При этом ярость была абстрактноинацеленноипаяльнои  Оруэлла, практически дословно, повторяет описания состояний хунвейбинов после прочтения дацзыбао и нацистов после очередного публичного выступления Гитлера.


Для ненависти не нужно много, иногда достаточно отличия в форме ушей соседнего племени, различий в отправлении религиозных обрядов, причём неважно, даже если враждующие стороны принадлежат к одной религии, иногда даже одной религиозной конфессии. Для разжигания ненависти фашистам достаточно любой удобной для этого в религиозном, культурном или историческом контексте мелочи, которую они раздуют до гигантских размеров, как приснопамятную муху. И абсолютно неважно, что даже раздутая до гигантских размеров муха на слона не похожа, пропагандисты дорисуют отсутствующие детали.


Направленность ненависти на внешних или внутренних врагов обусловлена предшествующими историческими событиями, культурными, религиозными и пр. особенностями населения. Например, немецкиироссийскии  Первое связано с немецким (в особенности прусским) культом армии и силы вообще, воинственным воспитанием немецкой молодежи, а второе - с предшествовашей политическим чисткам в СССР, гражданской войной и в большей степени, с последовавшими сразу после войны репрессиями в отношении самых различных слоев населения, от аристократии, интеллигенции, казаков, до простых крестян и рабочих.


Универсальным средством для удержания власти, расправы с неугодными, служит создание образа внутреннего врага, чем пользовались ещё в древности. В Древнем Риме их называли "враги общества" (hostis publicus). Не в сталинском СССР, а ещё во времена  Французскоиennemi du peuple), Ленин называл их "социал-предатели", в гитлеровской Германии это были Nazionalverr_ter  (национал-предатели).


В XX веке в фашистской пропаганде, практически повсеместно, укоренился именно термин  "национал-предатели", появившийся в книге Гитлера "Моя борьба", в главе "Мысли о значении и организационном построении штурмовых отрядов". Где появились в партийной или государственной пропаганде "национал-предатели", там улыбаясь широкой улыбкой, на вас смотрит фашизм. Вторым по популярности термином, используемым для обозначения внутренних врагов, является "пятая колонна", понятие переиначенное и переосмысленное испанскими фалангистами, взятое из ранних выступлений и публикаций Муссолини, времён первой мировой войны. Муссолини писал тогда о "пятой армии" которую Германия создала в тылу своих противников, против которых воевали четыре немецкие армии, на четырёх фронтах, при этом считая наиболее успешной "пятой армией" - ленинскую РКП(б), парализовавшую главного противника кайзеровской Германии - Российскую империю.


С внутренними врагами расправлялись в разных фашистских странах по разному. Все зависело от степени фашизации общества и от кровожадности самих фашистов. В широком диапазоне жестокости, от публичных садистских казней с истязаниями и пытками, до полного остракизма или лёгкого общественного порицания. Революционныи  в исполнение публично, на площадях. Нацистский и сталинские режимы отправляли их в концентрационные лагеря, откуда противники, несогласные и просто безвинные граждане уже не возвращались. Итальянские фашисты изгоняли из школ и университетов преподавателей-либералов, лишали работы членов коммунистической партии, им сочувствующих и просто несогласных с политикой фашистского правительства. Тем же, прославились члены комиссии по расследованию антиамериканской деятельности (комиссия палаты представителей конгресса США, действовавшая в 1934—1975 годах), созданной для борьбы с "подрывной и антиамериканской пропагандой". Лучшие представители американского общества подверглись ничем необоснованным преследованиям, некоторые из них покончили жизнь самоубийством из-за нападок рьяных последователей сенатора Джозефа Маккарти. Страшно даже представить, чем бы закончился бал мракобесия в США, если деятельность сторонников Маккарти не ограничивалась бы уровнем комиссии конгресса,  а вышла бы на более высокий государственный уровень, т.е. при участии законодательной, исполнительной и судебной власти и получила бы широкую поддержку среди населения.


Когда борьба с реальными или мнимыми внутренними врагами ведётся  не отдельными малочисленными группами фашистов, а непосредственно самим государством, все намного печальней. Тогда "законные" действия репрессивных государственных органов могут принять страшные кровавые оттенки и речь может уже идти о полном физическом уничтожении определённой категории граждан. При этом,  наличие или отсутствие вины отдельных лиц вообще не имеет никакого значения, т.к. в таких случаях речь идёт о "превентивном терроре". Известный чекист Мартын Лацис: "Мы не ведём войны против отдельных лиц, мы истребляем буржуазию как класс... Не ищите на следствии материала и доказательств того, что обвиняемый действовал делом или словом против советской власти. Первый вопрос, который вы ему должны предложить, какого он происхождения, воспитания, образования или профессии. Эти вопросы и должны определить судьбу обвиняемого. В этом смысл и сущность красного террора. Требуется не наказание, а их полное уничтожение".


В коммунистическом Китае людей, имевших собственные взгляды, либо заподозренные в возможном наличии таковых, фанатичные последователи Мао Цзэдуна называли "врагами культурной революции".  Банды молодых отморозков из школьников и студентов (хунвейбины)  убивали всех подряд, вообще без каких либо оснований, не прибегая к таким "мелочам", как следствие и суд. От них мог пострадать любой,  от обычного рабочего, до священнослужителя, преподавателя или врача. Хунвейбины действовали совершенно свободно и всегда безнаказанно.


После того, как в конце июля 1966 года учащихся всех школ и университетов отправили на шестимесячные каникулы начался сущий ад.  Пятьдесят миллионов несовершеннолетних учащихся уничтожили практически всех своих  преподавателей, воспитателей и значительную часть чиновничества. Их убивали не в тюремных застенках или лагерях, их убивали просто на улице.


В Камбодже, руководители "красных кхмеров" воспитывали в членах своих вооружённых боевых отрядов ненависть к религии и священнослужителям, преподавателям, медикам, вообще ко всем образованным людям. В основе идеологии "красных кхмеров" - традиционализм и "аграрный социализм",  маоизм. Режим опирался на неграмотное камбоджийское крестьянство и городских люмпенов.


После прихода к власти в Камбодже, всех жителей городов "красные кхмеры"  насильно переселили в сельскую местность. Бывшие горожане обязаны были работать в созданных сельскохозяйственных коммунах по 20 часов в день. В стране были ликвидированы все государственные органы, медицинские учреждения, объекты науки и культуры, библиотеки, университеты, школы. Были запрещены деньги, книги. Подавляющему большинству гражданам республики Кампучия (так называлась Камбоджа во время правления "красных кхмеров"), которые работали на полях, было запрещено вообще что-либо читать или писать под страхом смерти. Для боевиков, которыми  чаще всего являлись революционно настроенные подростки, достаточным основанием для убийства могло быть всего лишь подозрение в том, что человек является христианином, мусульманином, буддистом или возможно до прихода "красных кхмеров" мог быть врачом, преподавателем, студентом, инженером, журналистом или получил когда-то  высшее образование, или никогда не работал на земле и жил "дореволюционным образом жизни". Даже ношение очков рассматривалось как признак "интеллигентности" и служило поводом для физического уничтожения человека.


Удивительно, но даже по прошествии 17 лет с момента падения изуверского режима Пол Пота, в Камбодже до сих пор часть крестьян, проживающих в отдалённых районах страны, одурманенные полпотовской пропагандой, поддерживают партизанские отряды "красных кхмеров". Такова иногда сила ненависти.


Не все фашистские режимы проявляли  такую жестокость по отношению к "внутренним врагам". Чаще "национал-предатели" подвергались поражению в правах, исключению из университетов, лишению работы, высмеиванию в пропагандистских СМИ, остракизму. Фашисты изо всех сил стараются вызвать у своих почитателей ненависть и презрение к "предателям", якобы пляшущим под дудку зарубежных капиталистов и на их деньги.


Популярным лозунгом всех фашистских режимов было: "Не нравится жить в нашей стране? Убирайтесь!".


В гитлеровской Германии евреи, цыгане, славяне, финны, представители азиатских народов, в первые девять лет существования  Третьего рейха не уничтожались, а лишь изгонялись из страны различными способами.  Сначала политикой национал-социалистского правительства было создание невыносимых условий для неугодных граждан.


Постепенно градус ненависти в обществе повышался методами государственной пропаганды. Возникали эксцессы с участием люмпенизированных слоёв населения. При этом, государственный аппарат демонстративно дистанцировался от экстремальных проявлений этой "народной" ненависти. Чиновники и полицейские Германии говорили, что ничего не могут сделать с еврейскими погромами, с публичным обливанием краской актёров-евреев на сцене, разгонами "патриотами Германии" мирных митингов рабочих профсоюзных собраний, надписями и еврейскими шестиконечными звёздами на витринах магазинов, принадлежащих евреям или азиатам. При этом, нацистским государством создавалась видимость борьбы полиции с этими проявлениями.  Как правило, виновные в погромах, избиениях, а в последствии и в убийствах "национал-предателей", получали смехотворно мягкое наказание. Как комментировал убийства  "врагов партии" доктор Геббельс, "Это проявление здоровых инстинктов арийской нации. Мы не будем этому мешать". В первые годы своего существования, нацистская Германия официально придерживалась принципов демократического государства, соблюдения прав человека, а тем временем нацистская пропаганда разжигала в своих гражданах ненависть и поощряла совершенные преступления своим бездействием.


Вообще, избирательность правосудия не исключительная черта нацизма, она является ярким публичным признаком, присущим всем фашистским режимам. Чтобы за тяжкое преступление отделаться испугом и лёгким, символическим наказанием, в Третьем Рейхе достаточно быть штурмовиком или просто членом NSDAP, в первые годы существования СССР нужно было быть "социально близким", например, насильником или грабителем. В гитлеровской Германии можно было безнаказанно убить турка или цыгана,  в коммунистической Кампучии - профессора или врача, а в Советской России - кулака, при этом убить всю его семью и разграбить его имущество (стихийная экспроприация в русских деревнях).


Через два года, после прихода нацистов к власти,  в Германии были приняты Нюрнбергские расовые законы (нем. N_rnberger Rassengesetze)  — "Закон о гражданине Рейха" (нем. Reichsb_rgergesetz) и "Закон об охране германской крови и германской чести" (нем. Gesetz zum Schutze des deutschen Blutes und der deutschen Ehre), провозглашённые 15 сентября 1935 года на очередном съезде Национал-социалистической партии в Нюрнберге. Этими законами запрещались браки и сожительство этнических немцев с представителями "неполноценных народов".


В период с 1935 по 1943 год требования к "инородцам" ужесточались и к середине 1943  евреям был закрыт доступ почти ко всем должностям и профессиям, власти ограничили свободу их передвижения и ввели в их удостоверении личности обязательную отметку о еврейской национальности владельца паспорта.


В  1939 году  был подготовлен план по выселению евреев Германии.  Нацисты предлагали многим странам, в том числе СССР принять  евреев, разрабатывались планы переселения на Мадагаскар и в Польшу (план "Люблин") .


Большинство стран отказались принять беженцев из Третьего Рейха, либо установили такие квоты, что делало иммиграцию невозможной для большинства потенциальных эмигрантов. Как сказал потом первый президент Израиля Хаим Вейцман: "Мир разделился на два лагеря: на страны, не желающие иметь у себя евреев, и страны, не желающие впускать их в свою страну".


С момента создания нацистского государства до начала массового  физического уничтожения людей в концлагерях прошло достаточно времени, чтобы население Германии могло прозреть и убедиться в истинно дьявольской природе нацизма. Но немецкий народ был ослеплён идеями расового превосходства, своей исключительности.


Все сказки про немецкое сопротивление нацизму, я оставляю на совести этих сказочников. Сопротивления немецкого народа нацизму не было, случались единичные протесты несогласных, которые были незаметны на общем фоне народного восторга и ликования.  Это и есть звериный лик фашизма, отблески которого появляются на лицах обычных людей и сегодня, в минуты "патриотического порыва".


Точно такое же звериное выражение читатель может увидеть сегодня на лицах английских футбольных фанатов, на лицах французских неонацистов  во время проведения их демонстраций, на лицах русских православных патриотов, марширующих в чёрной форме военного образца, с хоругвями в руках.


В Советской России и СССР понятие "враг народа" официально просуществовало целых 60 лет, с  28 ноября 1917 года, когда  это выражение было применено В. И. Лениным к своим оппонентам (руководству партии кадетов), до 1977 года, когда с принятием новой Конституции СССР было исключено из правовых документов, а затем из партийно-бюрократического лексикона.


Начало преследования "врагов народа" в СССР,  равно как и "национал-предателей" в гитлеровской Германии, начиналось с высылки из страны лиц, не причастных к вооружённому сопротивлению властям, не проявивших особую жестокость  в Гражданской войне.


В начале были поезда с диссидентами, отправленными через Германо-российскую границу, потом были "философские пароходы", на которых отправили из Петрограда в принудительную эмиграцию более 160 известных в России и в мире представителей русской интеллигенции.  Намного больше уехало из СССР добровольно. В эмиграцию уехало больше миллиона человек, это по самым скромным подсчётам. Только во Франции поселились более 200 тысяч человек, ещё больше в Турции (около 300 тысяч). Большое количество русских бежало с Дальнего Востока в Китай, их количество оценивают в 10-80 тысяч человек.


Коммунисты в  СССР также по началу не препятствовали эмиграции, как и нацисты в первые годы своего правления. Это уже потом, в Третьем Рейхе людей будут травить газом и жечь в печах крематориев, а в Сибирских лагерях диссидентов и просто невинных людей будут расстреливать тысячами, закапывать живьём со связанными руками, разбивать прикладами головы, сжигать заживо или просто ждать когда они сами умрут от невыносимых условий и непосильной работы.


Все начинается постепенно. С первой волны ненависти. С хорового пения православных патриотов, шагающих по Невскому проспекту держа в руках иконы и портреты русского монарха, с радостных весенних первомайских демонстраций в Москве и чучел повешенных буржуев, с мирного похода чернорубашечников на Рим и с безобидных факельных шествий штурмовиков Рёма по улицам Нюрнберга.


Второй волной выносит на поверхность разное отребье человеческое. Тут плеснут краской в лицо профессора, там - кислотой в лицо актрисы. Потом начинают просто убивать на улице, громить профсоюзы и грабить магазины. Фашистское государство делает вид, что борется с этой сволочью, одновременно поощряя их действия мягкостью наказания, а тем временем, партийная фашистская пресса из обыкновенных уголовников ловко лепит национальных героев.


Министр внутренних дел КНР Се Фучжи заявил: "В своей борьбе мы не можем зависеть от  суда и от уголовного закона. Мне не нравится, когда люди убивают, но если народные массы так ненавидят кого-то, что их гнев нельзя удержать в общепринятых рамках, мы не будем им мешать. Народная милиция должна быть на стороне хунвэйбинов, объединиться с ними, сочувствовать им". Во время "культурной революции" погибло более 1 млн. человек, а 5 миллионов были репрессированы.


Третья волна ненависти, как правило, приходит уже на официальном уровне. Ненависть открыто провозглашается в качестве "традиционной ценности" и "воли народа". Принимаются соответствующие законы, формируется репрессивный государственный аппарат. Жестокость по отношению к реальным и мнимым врагам из категории "редких эксцессов", переходит в разряд официальной государственной политики в отношении неугодных лиц.


Со временем, у граждан фашистского государства стираются моральные ограничения, незаметно для них самих растворяются нравственные барьеры. Парадокс в том, что под воздействием пропаганды, человек перестаёт чувствовать жалость к другому человеку, исчезает чувство собственного достоинства, любовь к близким, даже материнский инстинкт.


Ненависть к "врагам" становится частью человека и постепенно замещает остальные чувства. Фашистская пропаганда умело пользуется этой особенностью психики.  В известном фильме "Ближний круг" Андрея Кончаловского звучит вопрос, который может задать женщина любимому мужчине только в тоталитарном фашистском государстве: "Ты кого больше любишь, меня или Сталина?". И тут дело даже не во всепроникающем тотальном страхе, а в глубокой деформации личности человека, подвергнутого пропагандистскому прессу.


У простого обывателя, даже не члена фашистской партии и не работника государственного аппарата, просто доброго человека и порядочного семьянина не возникает никакого сожаления, когда он узнает об убийстве гомосексуалиста, негра, еврея, мусульманина, христианина и т.п.. По его мнению, нет причин для моральных терзаний, т.к. они же не являются полноценными людьми. Вот бездомную собачку жалко, а мусульманина или коммуниста - нет.


Сын с лёгкостью предаёт своего отца,  тысячи детей доносят на своих родителей, мужья на жён, родители на детей. Сосед пишет донос на соседа, коллега на коллегу. Священник конспектирует содержание исповеди для передачи в политическую полицию.


Немецкая печать и радио с 1933 года и до момента краха Третьего Рейха, постоянно повторяли, что буржуазный мир прогнил. Всем заправляют капиталисты-евреи. Ведомством Геббельса круглосуточно внушалось, что немецкий народ, единственный в мире исключительный носитель высочайшей духовности, а потому призван нести в мир разумное, доброе и вечное. А враги, алчные буржуи в соседних странах  и национал-предатели внутри страны, хотят этому помешать и развратить немецкий народ, растлить его, поэтому немцы должны их ненавидеть. Они их и ненавидели. Отдельные немцы ненавидят до сих пор, несмотря на денацификацию, законодательные запреты на нацистскую идеологию и риск уголовного наказания за оправдание нацистов и нацизма. В семейном кругу они вспоминают "славные времена" Третьего Рейха.  Равно как в России до сих пор живы сталинисты, а в Италии ещё не перевелись поклонники Муссолини. Это правда, просто про это не принято говорить в приличном обществе, об этом не принято писать, а если написано, то не принято печатать.


Виноват ли в этом немецкий народ или русские с итальянцами? Нет. Все дело в том, что пропаганда - самое сильное оружие из тех, что изобрело человечество. Даже после окончания атомной войны  найдутся среди оставшихся в живых те, кто захочет доказать свою правоту в драке со своими  мнимыми врагами, обуреваемые злобой и ненавистью. При помощи палок и камней....


Пропагандой можно отравить целые поколения наперёд. Ростки идей корпоративизма и национализма, взлелеянные писателями, философами и политиками в 19 веке, проросли в 20-м веке итальянским фашизмом, немецким национал-социализмом и очередной мировой войной.


Нередко фашистская пропаганда, запущенная правительством в нефашистской, вполне демократической стране, лишь с целью консолидации общества для решения каких-либо отдельных социальных проблем, оборачивалась через несколько лет фашистской диктатурой.  Отравленное фашистским ядом общество сначала молчало, пока демократическое правительство обеспечивало безопасность и достойный уровень жизни. Но как только возникал экономический кризис или угроза возникновения революции, беспорядков, то общество с великой радостью поворачивалось к фашистам. Такие примеры многочисленны. В медицине есть термин  "ятрогенный", это патология возникшая в результате действий врача. Лечение больного общества даже малыми гомеопатическими дозами фашизма может привести, впоследствии, к кумулятивному эффекту и последующему летальному исходу.


Зерно фашизма, брошенное однажды государственной пропагандой с добрыми намерениями, обязательно прорастёт. Сможет ли при этом общество справиться с угрозой фашизма, зависит от наличия в этом обществе иммунитета от "коричневой чумы". Стараниями Гитлера и NSDAP, большая часть  немецкого народа получила вакцину от фашизма на долгие годы, наверное, на целые десятилетия. Это несмотря на теплящуюся в умах и сердцах относительно небольшого количества немцев тоску по гитлеровскому режиму и надежду на возврат к мононациональному социалистическому нацистскому государству. За немцев я спокоен.


В России не было декоммунизации и осуждения коммунистического режима, поэтому полностью отсутствует стойкий иммунитет к фашизму. Некоторая часть русских не только до сих пор тоскует по сталинским временам, что в общем не выглядит странным, но имеет возможность открыто выражать свои чувства, пропагандировать коммунистические идеи и разжигать ненависть, а это уже опасно.


Особенно страшно, когда российская молодёжь выходит на улицы с фашистскими лозунгами и красными флагами, неся при этом портреты своих дедов, сломавших хребет немецкого национал-социализма. Странная картина, когда внуки победивших фашизм русских воинов выкрикивают фашистские лозунги на митингах. Они считают патриотизмом то, с чем воевали их деды.


Особой лакмусовой бумажкой для определения фашизации общества, всегда было обвинение врагов в нетрадиционной сексуальной ориентации или богохульстве, в непочтительном отношении к своей истории, к предкам или принадлежности к чуждому этносу.  К примеру, в  Германии были популярны обвинения в гомосексуализме, в арабских странах - в богохульстве и колдовстве, в сатанизме. Эти приёмы основаны на эксплуатации типичной для конкретных социумов неприязни, напрямую связанной с культурными особенностями конкретного народа.


Традиционно негативное отношение европейских народов к гомосексуалистам, лесбиянкам и пр. эксплуатировалось фашистами с целью опорочить оппонента,  используя для этого вполне понятную неприязнь большинства людей. При этом не имеет значения, преследовались ли законом в это же самое время нетрадиционные сексуальные отношения или государство не обращало на это никакого внимания. Это чисто фашистский трюк.


Враги, изображённые  в нацистских пропагандистских материалах непременно имели самое прямое отношение к нетрадиционной сексуальной ориентации. Гитлеровская пропаганда неустанно вещала о том, что европейских странах буржуазной демократии разгул безнравственности, полное и беспрецедентное падение нравов, какого ещё не было в истории. В немецких газетах писали, что в Америке, Франции и Великобритании всем заправляют гомосексуалисты, они в политике, в банках, в искусстве, в государственном аппарате. Английские священники, по мнению Геббельса, только тем и занимались в свободное от службы время, что насиловали мальчиков из детских хоров при церквях. Политики других стран или  немецкие диссиденты, покинувшие страну после прихода Гитлера к власти, обязательно обвинялись в мужеложестве,  педофилии, зоофилии и пр. Это делается в целях возбудить в своих гражданах омерзение, неприязнь к врагам не только на идеологическом, но и на животном подсознательном уровне.


Прежде чем избавится в "ночь длинных ножей" от неугодных старых соратников по партии Рёма, Шрайера, Хельдорфа и их приближенных, Гитлер обвинил их не только в государственном заговоре, но и в содомии. После этого, Гитлер проделывал подобное неоднократно в отношении своих врагов. Этот приём полностью исключал сочувствие населения к поверженным врагам фюрера.


Обвинения в оскорблении религиозных чувств,  кощунстве не обязательно должно подкрепляться доказательным фактическим материалом. Достаточно параллельной аналогии с другими, вменяемыми "врагам веры" деяниями. Часто, просто делались далеко идущие выводы из действий обвиняемых, абсолютно не имеющих к религии никакого отношения. Т.к. эти выводы были сделаны с использованием извращённой фашистской логики, то они принимались безоговорочно в качестве доказательств.


Простое безобидное выражение своего мнения в отношении религиозного обряда может быть "притянуто" религиозными фанатиками к богохульству. Непонятные обывателю, традиционные обряды иноверца могут быть причислены к колдовству, кощунству, неуважению к традициям и религиозным обычаям. При этом, обвинение часто распространяется сразу на всю социальную или этническую группу, разрастается в объёме, утяжеляется всеми мыслимыми и немыслимыми религиозными преступлениями.


Маргинальные адепты поддерживаемой фашистами религии из кожи вон лезут, чтобы найти в мотивации  иноверцев какие-либо преступные мотивы, а в их действиях - богохульство, оскорбляющее святыни и чувства религиозных фанатиков.


Богохульством могут объявить все, что угодно. От религиозных обрядов иноверцев, до пения рождественских песен. Исламофашисты считают богохульством все христианские богослужения, где упоминаются библейские пророки, почитаемые также в исламе, не так, как это предписывает ислам. Они также считают христианскую Библию богохульной книгой, содержащей хулу в виде описаний  Адама, Евы, Лота  и пр. библейских героев, как порочных и безнравственных.


Не секрет, что в религиозных странах особо рьяные адепты государственной религии, а иногда и сами священнослужители при поддержке государственных чиновников, стараются обратить в свою веру иноверцев. При этом, вступая в религиозный спор, они часто, вместо того чтобы трезво и спокойно противопоставить оппоненту свои аргументы, сразу же прибегают к обвинению в богохульстве. Часто к обвинению к богохульстве присовокупляют обвинение в безнравственном поведении, объясняя аморальное поведение иноверца тем, что из неверия в Бога непосредственно следует и неверие в мораль.


По свидетельствам журналистов, в некоторых современных мусульманских странах, нередко имущественный или земельный спор между соседями заканчивается обвинением иноверцев в богохульстве. Это знакомая для русского человека ситуация, когда москвич, чтобы захватить комнату соседа в коммунальной квартире, пишет донос о неуважительном отношении соседа к напечатанному в газете портрету Сталина. Точно с теми же мотивами, мусульманин сочиняет заявление в исламабадскую полицию на соседа индуиста о факте богохульства. Если в обществе  самим государством культивируется ненависть, такие явления в этом обществе будут считаться обычными.


Обвинения в неуважении к государственной религии могут послужить детонатором для массовых погромов, геноцида.  Армяне в мусульманской Османской Империи, исповедовавшие христианство, законодательно были поражены в правах, т.к. считались неполноценными — зимми. К армянам в империи относились примерно также, как в то же самое время в Российской Империи к евреям. В массовом сознании турок, армянин являлся хитрым, жадным менялой или коммерсантом, относящимся враждебно ко всем мусульманам, из-за их религии - христианства. В стране распространялись слухи о подрывной деятельности армян, о тяжких преступлениях на религиозной почве. Ненависть в турецком обществе буквально кипела и в 1894 году выплеснулась спонтанными массовыми убийствами армян, которые продолжались целых два года. Правительство не смогло остановить религиозных фанатиков.


К началу Первой мировой войны, турецкое общество уже было психологически готово к геноциду немусульманского населения. По свидетельствам западных журналистов, уже в 1908 году Турция напоминала пороховой погреб, достаточно было небольшой искры и крайне религиозное на тот момент турецкое общество, пылающее ненавистью к неправоверным, могло взорваться. Младотуркам через семь лет было достаточно лишь поднести спичку.


Идеология пантюркизма предполагала создание единого государства для всех тюркских народов, исповедующих ислам. С приходом во власть младотурок, сторонников пантюркизма, идея национальной исключительности турок и оттоманская имперская политика сделала геноцид армян, ассирийцев, греков и других немусульманских народов неизбежным. После подписания Турцией в 1914 году договора с Германией, согласно которому восточная граница Оттоманской империи отодвигалась, включая в состав империи мусульман, проживавших на территории Российской империи.


План расширения империи, предусматривал уничтожение христианского населения, которое в 1914 году составляло 60 процентов от общего населения империи. Буквально через несколько часов после заключения договора с Германией, началось массовое истребление христианского населения: греков, ассирийцев, армян, проведённое турецкой армией и турецкой милицией. Своего апогея массовые убийства достигли в 1915 году и продолжались вплоть до упразднения империи и провозглашения Турецкой республики в 1923 году. В убийствах активно участвовало турецкое гражданское население.


Геноцид немусульманского населения был результатом имевшихся на протяжении веков противоречий и религиозной ненависти, а создание пришедшими к власти в июле 1908 года младотурками идеологии пантюркизма, культа исключительности тюркских народов, планомерного разжигания национальной и религиозной ненависти к немусульманским народам, лишь многократно повысило градус ненависти и приблизило кровавую развязку. Геноцид был осуществлён младотурками при активной поддержке всего турецкого населения и не мог бы вообще состояться при отсутствии такой поддержки. Это явное проявления фашизма, хотя никто не называет Османскую империю фашистским государством, а младотурок фашистами. Это несмотря на явный авторитаризм, вождизм и культ личности Энвера-паши, популизм, традиционализм, этатизм, культ национальной исключительности, культ войны и пр. Наверное по причине того, что моментом рождения фашизма традиционно принято считать создание Бенито Муссолини фашистской партии в Италии в 1921 году.


Для возбуждения классовой ненависти фашисты используют непонимание  малограмотными слоями населения практического смысла и политического значения межклассовых противоречий, описанных в классическом марксизме.  Место этих противоречий, которые играют роль естественного двигателя социального прогресса, у фашистов занимает примитивная идея ненависти пролетариата к буржуазии, эксплуатируемых к эксплуатирующим. Из двигателя прогресса, эта идея становится топливом для будущих революций и народных бунтов, оправданием массовых репрессий.


Некоторые люди признают наличие классовых противоречий, описанных в трудах классиков марксизма и мирятся с фактом существования этих противоречий. При этом, одни сами желают занять место эксплуататоров и считают благом экономическую и личную свободу, позволяющую осуществить свою мечту и перейти в другой социальный класс, а другие стараются политическими методами добиться для себя и других социальных гарантий и повышения оплаты труда, уважительного отношения ко всем низшим социальным классам и равенства всех перед законом. Кто-то попросту не догадывается о том, что их труд используется для обогащения других людей, не участвовавших своим трудом в создании полезного продукта, а получающим прибыль от удачного размещения капитала. Но в любой стране всегда присутствует небольшая категория граждан, которые люто ненавидят существующий капиталистический порядок распределения материальных благ и ещё больше ненавидят своих "угнетателей". Они считают все богатство капиталистов состоит целиком из украденного у трудящихся, причём украденного несправедливым законным способом.  Для люмпена, обработанного фашистской пропагандой, слово "капиталист" становится синонимом слова "вор". После прихода фашистов к власти, их социальная опора - люмпены,  очень быстро покажут свою  звериную натуру, примитивное мышление тех, у кого не хватает способностей и трудолюбия, чтобы самому чего-то добиться, но хватает наглости, чтобы отнять что-то у более успешного и даже убить его, руководствуясь своим "классовым сознанием".


Фашисты огульно обвиняют самих либералов в склонности к коррупции и безосновательно критикуют их либеральные экономические идеи, называя эти идеи "воровскими", ссылаясь на то, что сам по себе капиталистический строй, основанный на частной собственности и стремлении к увеличению капитала, к получению максимальной прибыли, неизбежно порождает в любом государственном аппарате коррупцию. На самом деле, такое явление, как коррупция мало зависит от политического режима. История знает многочисленные примеры демократических государств, как с высоким уровнем коррупции, так и с низким. То же самое можно сказать об авторитарных, тоталитарных режимах. Обвинять же людей в склонности к мздоимству только на основе их политических убеждений, по меньшей мере, глупо. Если человек нечестен и способен за материальное вознаграждение совершить в чьих-то личных интересах должностной проступок или государственное преступление, то не имеет никакого значения, демократ ли он, консерватор, либерал или фашист. Нет никаких научных доказательств, что на личностные качества такого рода могут как-то влиять политические убеждения человека.


Сама по себе коррупция, как известно, есть в любом государстве, можно рассуждать лишь о распространённости этого явления и его масштабности. В странах, где имеются работоспособные механизмы, препятствующие коррупции, нет исторически сложившегося терпимого отношения в обществе к этому уродливому явлению, коррупция вероятно будет значительно ниже, чем если бы не было сдерживающих факторов и общество относилось к наличию коррупции безразлично, как к неизбежности. Следует отметить, что возможностей для коррупции в авторитарных и тоталитарных государствах неизмеримо больше и опасность возникновения коррупции выше, вследствие высокой централизации власти и возникающих вследствие этой централизации особенностей принятия управленческих решений на всех уровнях. В реальности, в каждом конкретном случае эти потенциальные возможности могут быть использованы аффилированными с властью банкирами и промышленниками, а могут и не реализоваться в действительно ощутимо высокий уровень коррупции в государстве.


Создание образа внутреннего врага служит в большей степени для подавления сопротивления граждан фашистскому режиму, искоренению инакомыслия внутри страны, в отличие от образа внешнего врага, который нужен фашистскому государству в основном для общей консолидации общества вокруг фашистской партии и вождя.


При решении задачи создания образа внутреннего врага пропагандистам необходимо выделить в качестве цели конкретную общественно значимую категорию. Сложно обосновать угрозу, исходящую от национальной шахматной федерации или клуба любителей кактусов, намного проще пугать обывателя заговором банкиров, мусульман или евреев. Социальные, религиозные и национальные меньшинства - удобные объекты для нападок фашистов и цели для их пропаганды. На самом деле, этими категориями фашисты не ограничиваются, просто это самые явные цели, на отношениях фашистом к этим группам можно более наглядно увидеть  человеконенавистническую сущность фашизма.


Фашисты способны успешно (т.е. с прогнозируемым положительным для них результатом) культивировать ненависть  большинства к меньшинству внутри страны лишь при наличии некоторых условий. Тех, на кого направлена ненависть,  должно быть меньшинство, чтобы не возникло серьёзного вооружённого противостояния или гражданской войны. Также между ними и большинством объективно должны иметься какие-либо серьёзные противоречия, а лучше тлеющие долгие годы конфликты на расовой, религиозной, исторической почве (например, обида за былое унижение или военное поражение), вследствие экономического доминирования этой группы или нерешённых спорных экономических вопросов (крестьянский, земельный вопрос и пр.).


Резкое и бесконтрольное изменение социального поведения людей, связанное с неумелым использованием навязанного фашистской пропагандой образом внутреннего врага,  может повлечь ослабление или даже распад социальных общностей, уничтожение общественных институтов. Поэтому, использование в пропаганде методов манипуляции массовым сознанием при помощи образа внутреннего врага, происходит намного более изощрённее. Эти методы не должны вызывать панику среди населения и приводить к серьёзным общественным беспорядкам. Медленное горение, а не взрыв. Остракизм вместо погромов, на худой конец погромы и безнаказанные убийства, вместо уличных боев гражданской войны, с постепенным повышением градуса ненависти в обществе. Так проще фашистам контролировать ситуацию и достичь своих целей. Говорят, если раков кинуть в кипящую воду, то они попытаются спастись, а если воду нагревать постепенно, то раки сварятся, так и не поняв происходящего. Постепенно приучая граждан к новым правилам, переходя от безобидного общественного порицания за неуважение к фашистским законам, до газовых камер и печей крематориев за неправильное строение черепа и разрез глаз.


В случае внешних врагов все гораздо проще. Задача по конструированию образа внешнего врага упрощается из-за особенностей человеческой психики. Пропагандисты, при этом, эксплуатируют генетически запрограммированные в каждом человеке страх и недоверие к "чужим". Человеку в сотни раз легче поверить в козни неизвестного ему чужака, чем в злые намерения своего знакомого, соседа или сослуживца. Намного труднее убедить человека во враждебных намерениях отдельных граждан своей страны, представителей своего же народа или расы, своих единоверцев и пр.


По отношению к образу внешнего врага,  обществу намного проще сплотиться и укрепить свою идентичность в виде целостной группы. С помощью образов именно внешнего врага, а не внутреннего, проще быстро влиять на изменение социального поведения больших групп людей. Тут не нужна осторожность, как в случае психологических манипуляций с использованием образов внутреннего врага. "Время экспозиции" в этом случае минимально. Достаточно объявить, что врагом является Океания, а другом Остазия и обработанные пропагандой граждане будут считать так, пока государственные СМИ не объявят, что наоборот Океания является другом, а Остазия - врагом. При умелой пропагандистской обработке большинство граждан тут же изменят своё мнение. Результат целиком будет зависеть от профессионализма пропагандистов, а также от надёжности и эффективности предыдущих психологических обработок населения.


Высокая эффективность, использующей образы внешнего врага пропаганды, на малообразованные слои населения обусловлена  ложными представлениями этих людей о внешнем мире за пределами государства, недоступном непосредственному личному опыту, отсутствием независимых от пропаганды  информационных источников, незнанием иностранных языков, общим низким уровнем культуры, развитым чувством стадности и другими социальными факторами. 


Фашистская пропаганда увязывает наличие внешних врагов с опасностью полного уничтожения государства, порабощения или полного уничтожения народа.  Из каждого выступления Геббельса следовало, что западные демократии погрязли в коррупции и разврате и лишь немецкий народ, носитель высокой арийской морали и благородного рыцарского тевтонского духа, народ связанный особыми духовными связями воедино, вокруг партии и её вождя, способен спасти мир от разрушения. По мнению нацистов, спасти Европу от завоевания жестокими азиатскими большевистскими ордами, возглавляемых евреями, могли только немцы, под руководством их фюрера.


Для создания образа внешнего врага, пропагандистам проще всего манипулировать сознанием людей сопоставлением с уже известным врагом, с которым ранее уже приходилось иметь дело. Новый враг должен иметь те же отличительные черты, что и у старого врага, но должен быть более опасным и коварным, от него должны исходить угрозы войны (лучше глобальной атомной). Врагу приписывается вина за разжигание всех конфликтов на земле. Враг настолько хитёр и коварен, что умело скрывает свои истинные намерения. В этом случае, абсолютно все, что делает враг служит цели нанесения вреда фашистскому государству. Пропагандой фашисты фактически создают для внутреннего потребления иную реальность, существующую исключительно в образах из газет, радио и телевидения, подконтрольных фашистам. Это способствует ограждению граждан фашистского государства от реальной картины внешнего мира. Для жителя такой страны попросту не существует того, о чем не сказали по государственному телеканалу или не написали в государственной газете. Может произойти стихийное бедствие, начаться война, страна перестанет существовать, но он об этом не узнает, если об этом ему не скажут. Других каналов информации попросту нет.


В нормальных демократических странах люди, по большей части,  принимают решения на основании имеющейся у них информации, а не на основе своих или чужих заблуждений. Главное заблуждение живущих в фашистском государстве в том, что они принимают решения на основе имеющийся у них достоверной информации. Невероятно, но это работает.


Идеальным вариантом, с точки зрения фашистской пропаганды, является вымышленное объединение внутренних и внешних врагов. Это когда внутренние враги якобы действуют в интересах врагов внешних, по их приказу, а ещё лучше - за вознаграждение. Фашистская пропаганда пытается убедить граждан в корыстных, низменных интересах внутренних врагов, полностью отрицая саму возможность иметь гражданам собственные политические убеждения, нравственные и моральные принципы, отличные от фашистских. Либо гражданин фашист или лояльный к фашистскому режиму, либо он предатель и  подкуплен внешним врагом. В фашистской политической дихотомии не предусмотрено другого варианта.


В обязательном порядке пропагандистами формируется представление о том, что внутренние и внешние враги  являются единственным источником бед в прошлом, настоящем и в будущем.


Логика фашиста проста до примитивности. Если спортсмен стал призёром на олимпиаде или режиссёр получил Оскара, то это доказательство того, что они принадлежат к великому народу. Если спортсмен проиграл, а  режиссёр не получил престижной кинематографической награды - это происки врагов. Так трактуются любые события в фашистском государстве. Таким образом, конечно легко дойти до откровенного идиотизма, но вот только ликующие люмпены, к сожалению, никогда не поймут всю бредовость такой интерпретации окружающей их реальности.


Существование тех и других (внутренних и внешних) врагов, является оправданием ограничения фашистами гражданских прав, объявляется причиной экономических и внешнеполитических трудностей, логичным объяснением необходимости проведения политики террора, внешней военной агрессии и политики милитаризма.


Умело вылепленные образы внешних и внутренних врагов становятся устойчивым элементом картины мира, созданного фашистами. Образы начинают жить сами по себе. В сознании граждан эти образы постепенно перестают ассоциироваться с пропагандой и люди постепенно начинают верить в то, что так было уже длительное время, а они это знали о врагах всегда. Люди искренне убеждены в том, что все внушённые фашистской пропагандой мысли - это их мысли, а наведённые телевизором или радио эмоции - это их собственные эмоции. Образы врагов обладают инертностью, способностью сохраняться в сознании в течение очень длительного времени. Они живут десятилетиями, даже после гибели политического режима, породившего их.


В нормальном, не поражённым вирусом фашизма обществе, различия между "нами" и "другими" являются естественными и принимаются спокойно. В фашистском государстве  эти различия принимают не столько реальный, сколько  гипертрофированный или даже вообще вымышленный характер. Внутренние враги представляются пропагандой не оппонентами, имеющими другую точку зрения, отличную от точки зрения фашистов, а представляются киношными злодеями желающими причинить страдания людям, из меркантильных соображений, либо просто в силу своей злобной сущности. Чем больше картинка похожа на лубок, тем она легче принимается сторонниками фашистов. Внешние враги, не в пример, намного легче демонизируются и объявляются центром мирового зла.


В основе любой "народной" ненависти, на самом деле, лежат: зависть и жадность (Советская Россия в начале 20-го века), страх и обида (гитлеровская Германия 1930-х), религиозная нетерпимость (некоторые арабские страны),  низкая самооценка нации, входящей ранее в большую империю (Туркмения при Ниязове). Фашизм ловко использует коллективные чувства, присущие человеку как биологическому виду, такие как  резонансное самовозбуждение толпы, массовый самообман, стадное соглашательство и отрицание прошлого, патологическую расовую, национальную или племенную гордость. Фашистскими пропагандистами часто используется сочетание нескольких этих свойств массового сознания или все они вместе, в той или иной степени.


В демократических странах государственной пропагандой также могут быть определены внутренние и внешние враги. Но эти враги всегда конкретны - это конкретные люди или ограниченные группы граждан, подрывные организации, реально враждебно настроенные правительства других  стран. Для фашистов враги - это всегда какой-то неограниченный круг граждан, чаще категория людей (капиталисты, коммунисты, евреи, китайцы, арабы, мусульмане, христиане и пр.). Врагами могут быть жители другой страны, представители другой расы или нации, другого вероисповедания или политических убеждений. Фашизм отличается открытым стремлением к превентивному террору. То есть когда гражданин ещё ничего не совершил, но раз он принадлежит к определённой категории (национальности, социальному классу, религиозной группы и пр.), то его враждебность и способность нанести вред презюмируется. Из этой презумпции виновности исходят в своей работе правоохранительные органы и судебная система фашистского государства. Исходя из этой же презумпции, строится механизм пропаганды. Советский человек, слушающий джаз, северокореец, умеющий читать по-английски, кубинец, танцующий под звуки американской радиостанции - все они враги родины, по мнению фашистских пропагандистов.


Настоящие, а чаще всего мнимые притеснения врагами части нации, проживающей за пределами государства, может послужить формальным поводом для аннексии территории соседних стран.  После раздела Германии по Версальскому договору, которым закончилась Первая Мировая война, в состав Чехословакии вошла Судетская область, населённая преимущественно немцами.


Усилиями NSDAP в Чехословакии была создана националистическая Судетская немецкая партия, финансируемая из соседней Германии. Эта партия была идеологом и фактическим организатором политики взаимной ненависти. Судетская немецкая партия спровоцировала в мае 1938 года серьёзные  беспорядки в приграничных областях Чехословакии и сразу же обратилась за помощью к рейхстагу и гитлеровскому правительству. В сентябре 1938 правительство Чехословакии вынуждено ввести войска в захваченные немецкими сепаратистами районы и объявить там военное положение. Чехословакия была на грани гражданской войны,  спровоцированной гитлеровцами.


Нацисты разожгли такую ненависть среди жителей Судетов, что напугали этим всю Европу, которая уже почти смирилась с неизбежностью гражданской войны в Чехословакии. Информационные сводки радио и сообщения газет напоминали хронику военных действий. В Мюнхене 30 сентября 1938 года между премьер-министром Великобритании Невиллом Чемберленом, премьер-министром Франции Эдуардом Даладье, рейхсканцлером Германии Адольфом Гитлером и премьер-министром Италии Бенито Муссолини было заключено соглашение об урегулировании внутреннего конфликта в Чехословакии, которое предусматривало передачу Германии Судетской области и пограничных с Австрией районов.


Спешно за первую неделю октября 1938 года происходит оккупация Судетской области и её присоединение к Рейху. В авральном порядке Третий Рейх, пытаясь легитимизировать свою аннексию и закрепить свой успех, уже 4 декабря 1938 года проводит выборы в Судетах, где 97 процентов взрослого населения области предсказуемо проголосовало за гитлеровскую партию. В результате умелой политической комбинации, воспользовавшись созданными самими же гитлеровцами беспорядками и угрозой гражданской войны в соседней стране, Третий Рейх без каких-либо военных потерь за несколько дней аннексировал Судеты, а также часть территорий Чехии и Моравии с преимущественным немецким населением.


В 1939 году Гитлер был номинирован европейскими либералами, напуганными перспективой новой войны, на Нобелевскую Премию мира "За установление мира в Европе", но не получил её, поскольку к моменту вручения премии уже воевал в Польше, только теперь уже за права "угнетаемых поляками немецких соотечественников", развязав тем самым Вторую Мировую войну.


К Польше у Третьего Рейха были те же самые претензии: территориальные и положение более миллиона немцев, проживающих в Польше. Гитлер настаивал на передаче Германии немецких земель, переданных Польше по Версальскому договору: Западной Пруссии, части Силезии и Познани. Немцы также требовали решить вопрос транзита грузов через польскую территорию из основной части Германии в Восточную Пруссию. Поляки, по словам Геббельса, запрещают немцам разговаривать на родном языке, закрывают немецкие школы и запрещают преподавание на немецком языке, проводят политику принудительного ополячивания немецкого населения, немцев выгоняют с работы, лишают жилья и другой собственности. Нацистская пропаганда рисовала страшные картины грабежей немцев, убийств и зверских изнасилований поляками немецких девушек. Основным каналом геббельсовской пропагандистской обработки было радио, т.к. практически в каждой немецкой семье имелся радиоприёмник. Радио слушали ежедневно дома, на службе, в общественных местах, даже в общественном транспорте.


В Берлине, Мюнхене и других крупных городах Германии проходили митинги в защиту польских немцев. Накал ненависти достиг своего апогея буквально за две недели до начала военных действий. Народ негодовал по поводу бездействия Гитлера и его правительства. В вину Гитлеру ставилось не только не бездействие, а предполагаемый преступный сговор с правительствами Франции и Великобритании. Немцы не просто просили Гитлера защитить их соотечественников, они требовали это у своего канцлера и его партии. К сентябрю 1939 году Гитлер "был вынужден подчиниться" настойчивым требованиям своей партии и простых немцев. В первый день сентября вермахт начал военные действия на Польской территории. Разумеется, в целях самозащиты от нападения польской армии, именно так это объясняло немцам ведомство министра пропаганды Геббельса.


В первые дни войны, в своей речи  в Рейхстаге 1 сентября 1939 года Гитлер сформулировал причины нападения на Польшу: немецкий город Данциг и другие исконно немецкие земли были отняты у немцев, с немцами в Польше обращались всё хуже и хуже.  Гитлер, по его словам, исчерпал все возможности мирного урегулирования. Указав на подлое нападение поляков на немецкие военные и гражданские объекты, Гитлер в своей речи сказал: "Мы сейчас лишь отвечаем своими бомбами на бомбы поляков". Немцы, разумеется, негодовали по поводу такого наглого и агрессивного поведения поляков. Если бы немцам в то время рассказали, как на самом деле переодетые в польскую форму солдаты элитных подразделений СС убивали своих же соотечественников, чтобы выдать это за нападение поляков, они бы не поверили. Потому, что, по мнению простого немца, Гитлер и Геббельс были не способны лгать, а "правду", повторяемую ежедневно газетами и радио, в Германии знали даже маленькие дети. Все остальное - ложь и подлые наветы врагов Германии. Страх и ненависть, ненависть и страх….


Сразу же после объявления Третьему Рейху войны Великобританией и Францией,  просмотр пропагандистского киножурнала "Die Deutsche Wochenschau" перед киносеансами в немецких кинотеатрах стал обязательным. Обязательным стало освещение в газетах хода боевых действий и наличие, как минимум, хотя бы одного пропагандистского материала в каждом номере газеты. Было снято более сотни пропагандистских фильмов, написано десятки идеологических пьес и поставлено несколько патриотических опер. Накал ненависти немцев к врагам Рейха достиг такой величины, что это уже походило на массовый психоз. Массовый героизм немецких солдат на фронте и трудовой героизм немцев в тылу объяснялся эффективностью нацистской пропаганды, фанатичной верой немцев в свою исключительность, в гениальность фюрера и стойкость членов его партии. Чем ближе к концу войны, тем мощнее становился поток пропаганды, превратившись к весне 1945 года просто в фанатичную истерию.


В конце XX века, примером создания фашистской пропагандой образа врага, является навешивание на своих политических противников ярлыков  "врагов демократии", "пособников международного терроризма".


Угроза террора намного эффективнее самого террора. С помощью банального запугивания через средства массовой информации, от населения можно добиться одобрения всего, чего угодно. Можно отменить выборы, провести чистки в госаппарате, полиции и армии, ввести цензуру, просто уничтожать оппонентов без следствия и суда. Последнее практикуется как открыто, когда в государственных СМИ регулярно публикуются отчёты об уничтожении "террористов", убитых при подготовке терактов, актов саботажа или работе на иностранную разведку, а иногда тайно, с привлечением специальных воинских или полицейских подразделений.    Каждый фашистский режим имеет или мечтает иметь свои эскадроны смерти для уничтожения политических противников,  несогласных и  просто невинных людей, убиваемых спецслужбами для устрашения общества. При этом тайные операции проводятся так, чтобы у власти не было необходимости оправдываться за убийства перед международным сообществом, чтобы отсутствовали прямые доказательства совершенных преступлений, которые можно было бы использовать для возможного после падения фашистского режима уголовного судебного преследования, но тем не менее, чтобы население без труда догадывалось об этих тайных операциях. Гражданин, зная о массовых тайных убийствах, несколько раз подумает, прежде чем открыто высказать своё несогласие с политикой фашистов.


В Чили в первые два года после прихода к власти военной хунты, сотни людей были открыто похищены военными или просто исчезли бесследно. Симпатизирующие хунте журналисты распускали по стране слухи о том, что таким таинственным образом исчезают опасные члены ультралевых террористических организаций, коммунисты и их наёмные провокаторы. На стенах домов жертв "патриоты" писали красной краской "Шакалам - шакалья смерть". Избавляя себя от "лишних формальностей" в виде  судебного разбирательства, неблагонадёжных лиц военные расстреливали прямо на улице или в их собственных домах, рассказывая потом журналистам о раскрытом подполье и ликвидации террористов при оказании вооружённого сопротивления во время ареста. Эти внесудебные казни не вызывали удивления в обществе, наоборот, они вызывали народное негодование мягкостью военных, в условиях опасности возможных терактов, саботажа и при наличии такого огромного количества  подрывных коммунистических элементов в стране. Сторонники режима требовали  от военных проведения ещё более масштабных репрессий, включая превентивный террор в отношении потенциальных врагов, пока ещё ни никак не проявивших своей враждебности и членов их семей. Граждане охотно помогали военным и полиции в обнаружении  недовольных режимом Пиночета.


Мнимая или реальная террористическая угроза может использоваться фашистами для кардинальных политических изменений в стране. Используя отдельные факты реального террора, фашисты проводят в государстве такие реформы, на какие бы не решились в отсутствие такого удобного повода, как исходящая от террористов угроза целостности страны или существованию самого государства.


Менее, чем через месяц после назначения Гитлера на должность рейхсканцлера, 27 февраля 1933 года было подожжено здание парламента Германии. В горящем здании Рейхстага полицией был задержан голландец Маринус ван дер Люббе, разделявший взгляды коммунистов, но не состоявший в компартии. На следующий день Гитлер заявил, что поджог рейхстага спланировали и осуществили  немецкие коммунисты. По мнению нацистов, поджог являлся сигналом  для начала вооружённого коммунистического восстания по всей стране, которое должно было закончиться захватом других правительственных зданий, т.е. настоящим государственным переворотом, как это случилось в октябре 1917 года в России.


Сразу же, т.е. 28 февраля был обнародован указ  "О защите народа и государства", отменявший основные демократические свободы: свободу слова, личности, собраний. Указ  ограничил тайну переписки и неприкосновенность частной собственности, ввёл чрезвычайные полицейские меры по наведению порядка. Была запрещена Коммунистическая партия Германии. В Германии прокатились несколько волн массовых арестов оппозиционных политиков, общественных деятелей, адвокатов, журналистов, рядовых членов оппозиционных партий. Согласно  "Закона в целях устранения бедствий народа и государства"  от 24 марта 1933 (всего через 2 месяца после поджога рейхстага!) правительству предоставлялось право издания законов, которые могут не соответствовать конституции страны. Правительство получило право изменять действующую конституцию. Открыто заговорили о приостановлении норм международного права на территории Германии, непризнании верховенства Лиги Наций, об отказе исполнять международные акты, если они противоречат немецким законам.


Не получив, в результате выборов, большинства в Рейхстаге, нацисты просто аннулировали мандаты коммунистов и социал-демократов. В стране началась истерия, подогреваемая нацистами, продолжавшаяся почти год. За это время нацисты полностью захватили власть в Германии. В немецких городах толпы фанатиков на нацистских митингах "народного гнева" требовали передать власть местным нацистским активистам. Во главе немецких земель гитлеровцы ставили гауляйтера НСДАП, одновременно меняя руководство местной полиции. 14 июля 1933 года был издан "Закон против образования новых партий", объявлявший нацистскую партию единственной и вводивший уголовную ответственность за попытки создания новых партий или участие в уже существующих.


Вот так,  банальный криминальный эпизод с поджогом здания послужил спусковым крючком для дальнейших драматических событий, имевших катастрофические последствия для десятков миллионов людей и судеб большинства стран мира.


Впоследствии, ни одно независимое расследование не смогло доказать причастность коммунистов, нацистов или иных политических сил к поджогу. Все выводы этих расследований говорили в пользу единственно убедительной версии о том, что поджог Рейхстага был делом террориста-одиночки. Нацистские идеологи обвиняли в поджоге коммунистов, коммунисты обвиняли (и до сих пор обвиняют) в поджоге нацистов, существуют версии о причастности к поджогу немецкой полиции, анархистов, сталинских спецслужб (для создания революционной ситуации) и пр.. Невозможно серьёзно относиться к этим конспирологическим версиям, т.к. за ними не стоит никаких фактических доказательств и в основе всех подобных версий лежат лишь предположения и домыслы. Некоторые версии основываются на откровенной пропагандистской лжи и фальсифицированных доказательствах, к ним относятся две самые популярные версии - провокация самих нацистов, а также причастность к теракту немецких и болгарских коммунистов.


Террористическая угроза - это в современных реалиях превосходный  повод для ограничения фашистским правительством гражданских прав, усиления роли силовых структур, оправдания гигантских бюджетных расходов на оборону и безопасность. В любом масштабе, все зависит лишь от целей. Методы, существовавшие в 30-х годах, успешно применяются различными режимами до сих пор.


В результате применения жёстких мер в борьбе с реальной или вымышленной угрозой терроризма, гибнут тысячи, а иногда десятки тысяч людей, при потерях гражданских лиц в настоящих терактах в несопоставимо малом количестве. Чаще всего от рук реальных террористов погибает всего несколько человек в год. Зачастую, эти несколько человек погибают не от рук террористов, а от рук сотрудников спецслужб, организовавших и осуществивших показательные теракты для устрашения общества. Часто теракты осуществляются настоящими террористами, но при негласной помощи и под контролем сотрудников полицейских и специальных антитеррористических органов. В результате успешно осуществлённого террористического акта, создаётся удобный повод, развязывающий руки карательным органам и противники режима в ходе "антитеррористической войны" просто физически устраняются, без расследования и судебного разбирательства. 


В нормальных странах каждая акция спецслужб по ликвидации террористов заканчивается долгим и тщательным полицейским расследованием и последующим гласным судом. В фашистских государствах открытый суд над террористами - вещь необязательная. Если оппонентов не удалось сразу уничтожить "на месте"  (с оружием в руках, при переходе границы, в результате имитации самоубийства при задержании или в тюрьме и т.п.) и предполагается их казнь или длительное тюремное заключение, с последующим их устранением во время отбывания наказания, соблюдается формальность в виде организации закрытого, по соображениям секретности, судебного процесса.


Чем больше фашисты убивают людей в войне с терроризмом, тем больше общество запугивается, ещё больше увеличиваются бюджеты полиции и специальных служб. Количество жертв увеличивается в геометрической прогрессии. Наличие террористической угрозы становится жизненно необходимым для фашистского государства, т.к. это легитимизирует расправы с неугодными. На усиление репрессий под видом борьбы с терроризмом работает ещё и человеческий фактор: полиции и спецслужбам выделяют с каждым годом все больше денег, усиливается их роль в государстве, соответственно, сотрудникам этих структур регулярно повышают зарплаты, присваиваются очередные воинские звания и гражданские чины,  предоставляются различные привилегии.  Коррупционная составляющая в деятельности спецслужб в фашистских государствах и иная личная заинтересованность их сотрудников выходит на первый план, оставляя в стороне решение реальных проблем государственной безопасности.


Спецслужбы, во всех без исключения странах, входят в прямой контакт с террористическими организациями, т.к. агентурная работа с целью предотвращения террористических актов,  является  самым эффективным средством в борьбе с политическим  террором. Это нормальная практика, приводящая при должном применении к выявлению всех членов преступной организации, их аресту и фактическому разгрому террористической ячейки. Такое происходит, разумеется, лишь в том случае, если государственный аппарат заинтересован в уменьшении террористической угрозы, и связанных с ней политических рисков.


В фашистском государстве, власть заинтересована в контактах с террористами по иным причинам. На первый план выходит уже контроль за деятельностью террористических организаций, с целью получить управление этими организациями, а не их уничтожение. Управляемый со стороны государства политический террор позволяет фашистам держать общество в состоянии постоянного страха и даёт возможность фашистам решать свои политически проблемы в режиме законной контртеррористической деятельности, т.е. наиболее жестокими методами, неограниченно используя репрессивный аппарат. 


Когда уровень террористической угрозы снижается и меры по поддержке террористов оказываются безрезультатными, фашисты сразу же начинают своими руками создавать новое боевое террористическое подполье в стране. Когда организовать подполье в собственной стране невозможно, фашисты начинают организовывать и осуществлять теракты самостоятельно, действуя с помощью особо доверенных сотрудников спецслужб или через подставные организации в других странах.


В демократическом государстве, при либеральном правительстве власть действительно заинтересована в уменьшении уровня террористических угроз, в повышении безопасности, т.к. это напрямую влияет на отношение электората к правящей партии и может повлиять на исход следующих выборов. Но в фашистском государстве иная цель - удержание власти любой ценой, с помощью угроз, запугивания, в том числе, и запугивание населения террористической угрозой. В связи с чем создаётся и поддерживается мощная система политического сыска и вооружённые формирования, предназначенные для физического устранения политических противников.


Хотелось бы особо отметить одну интересную особенность современной фашистской пропаганды, которая связана политической мимикрией фашистских организаций и государств. В связи с дискредитацией после второй мировой войны самого понятия фашизма, сегодня основным способом, используемых современными фашистами для создания представлений в массовом сознании о внешней угрозе, является использование прямых ассоциаций с нацистским режимом гитлеровской Германии. Политический режим другой страны публично объявляется "фашистским", а борьба с ним - борьбой с фашизмом. Образ врага формируется путём выстраивания представлений о преемственности современного неугодного режима в соседней стране (достаточно вспомнить тему американского империализма в государственной пропаганде СССР) с германским фашизмом и на развитии темы о фашизме, как источнике войн.


Ещё свежи в памяти советские телевизионные передачи, политические издания и газеты, в которых упоминаются "американские фашисты".


Примечательно то, что практически все существующие или существовавшие с 1946 года фашистские режимы оправдывают свои агрессивные действия внутри страны и во внешней политике именно "борьбой с фашизмом". Я не нашёл исключений, хотя таковые может быть и существуют.


Хьюи Лонг справедливо заметил: "Фашизм придёт в Америку под личиной антифашизма." Это сейчас почти визитная карточка фашистов. Вывернутый на изнанку здравый смысл, реальность нынешней эпохи - фашисты борются с фашизмом. Делают они это громко, смело и публично. Попутно закатывая в асфальт своих политических противников, обрушивая на целые народы кассетные бомбы, отправляя несогласных в тюрьмы за экстремизм.


Т. к. основное оружие фашизма и его фундамент, это пропаганда и популизм, то и заканчивают свои дни фашистские режимы почти всегда одинаково. Наступает момент, когда градус ненависти в обществе снижается настолько, что пропаганда перестаёт действовать и фашистское государство просто разваливается за несколько дней от небольшого потрясения. Этим потрясением может стать смерть вождя, отставка правительства, экономический кризис и пр. . Репрессивный аппарат внезапно перестаёт подчиняться, все государственные структуры охватывает паралич из-за саботажа чиновников. Своих недавно обожаемых вождей, кем ещё вчера восторгалась толпа и с ликованием носила на руках, эта же толпа,  с точно таким же ликованием, запросто вешает на бензоколонке.


Попытка вооружённым путём свергнуть фашистский режим, в большинстве случаев, наоборот сплачивает сторонников фашистов и ведёт к большому кровопролитию. В условиях гражданской войны фашисты имеют больше шансов на победу, чем либеральное правительство, так как фашисты не считаются ни чем, ни с военными потерями, ни с массовой гибелью гражданского населения, ни с огромным ущербом, наносимым войной экономике. В гражданской войне всегда побеждает более жестокий и беспринципный противник. Это правило, за очень редкими исключениями.


Внешняя агрессия по отношению к фашистскому государству становится поводом для оправдания жестоких мер этого государства по отношению к противникам режима внутри страны и мобилизации всех имеющиеся в распоряжении фашистов ресурсов. В случае вторжения извне, все граждане, даже те, кто относился к фашистскому режиму с недоверием или вообще враждебно, после вторжения готовы терпеть голод, холод и тяжёлый труд, поддерживая режим своим патриотическим порывом. Как было уже приведено выше, война для фашизма вещь необходимая для удержания власти.


Особенность фашистских режимов ещё и в том, что при своей неспособности в мирное время обеспечить прогресс в общественной жизни, культуре, науке и т.п., тем не менее, они способны  эффективно и практически мгновенно мобилизовать население для отражения внешней агрессии. Воевать с фашистским государством, все равно, что тушить пожар бензином. Нужно иметь огромные ресурсы для того, чтобы суметь подавить оборону, организованную фашистами, т.к. вероятно придётся встретиться с активным сопротивлением населения, которое будет фанатично сражаться с оккупантами до конца. Гораздо легче дождаться, когда этот пожар прогорит и затухнет сам собой.


Ненависть к мнимым внутренним и внешним врагам, постепенно становится естественной частью мировоззрения отдельного человека, а систематический поиск отсутствующих чёрных кошек в тёмных комнатах массового сознания, непременно приводит к всеобщей паранойе, очередной войне и последующей за ней социальной катастрофе.


Полагаю, что самым действенным оружием против фашизма является просвещение населения фашистской страны и создание условий для краха фашистского режима естественным путём. Истинность моей позиции подтверждают многочисленные исторические примеры. Для борьбы с фашизацией демократического общества необходимо вести постоянную просветительскую работу, неустанно напоминая обществу о постоянно существующей угрозе фашизма. Общество, как живой организм, в нем постоянно существуют и размножаются бациллы фашизма, но если есть сильный иммунитет, то оно способно перманентно бороться с инфекцией и оставаться здоровым сколь угодно долго.


1.2. Культ исключительности Править

Когда речь заходит о таком явлении, как фашистский культ исключительности, я сразу вспоминаю экранизацию Хичкоком пьесы Патрика Гамильтона "Верёвка". Пьеса Гамильтона  основана на реальных событиях. Эти события произошли в Чикаго в 1924 году, т.е. на пике популярности фашистских идей, ещё до победы нацистов в Германии, но уже под впечатлением Муссолини. Двое студентов местного колледжа, руководствуясь идеями Ницше о сверхчеловеке, в качестве эксперимента зверски убили подростка. В этом фильме Хичкок наглядно иллюстрирует суть понятия исключительности в рамках ницшеанской доктрины.


Многие ошибочно воспринимают фашизм, как явление исключительно демоническое, противоестественное природе человеческой. Культ исключительности, которому поклоняются любого вида фашисты, представляется чем-то сатанинским, в принципе невозможным в современном культурном и образованном мире, с его гуманистическими идеалами.


На самом деле, культ исключительности может возникнуть в любом обществе, так как он основывается на совсем простых вещах, знакомых каждому с раннего возраста. С той поры, как ребёнок начинает осознавать различия между взрослыми и детьми, между мальчиками и девочками, между агрессивными и спокойными детьми и т.п. Вирус фашизма попадает в человека в самом раннем возрасте. И если отсутствует стойкий приобретённый иммунитет (врождённого иммунитета против фашизма попросту не существует), то мирно дремлющий годами вирус может быстро убить в человеке все человеческое, если наступят для заразы благоприятные условия. Фашизм намеренно создаёт конфликты на почве различий между людьми. На основе различий, которые на самом деле не имеют большого значения.


Научные теории социального разделения людей  мы можем встретить  у различных античных авторов. В работе Платона "Государство" предлагалось принудительно разделить общество на три основные группы людей (сословия): философов (аристократию), воинов  и низшего сословия (ремесленников и земледельцев). Были как сторонники, так и противники этой идеи. Спор об этом не утихал долгое время.


Несмотря на то, что христианство провозглашало единство детей божьих, на словах выступало против его разделения на касты, тем не менее оно активно поддерживало социальное разделение на протяжении всей своей истории. Принципа неравенства по религиозным, расовым и национальным признакам придерживалась, как католическая, так и православная церковь. В протестантизме оправдание неравенства подробно обосновано в учении Кальвина о предопределении. Лютер и Кальвин проповедовали неравенство как божью волю. По их мнению, одни люди от рождения предопределены ко спасению, а другие – к погибели, и человек не может это изменить. Богатство служило мерилом благочестия, реальным подтверждением богоизбранности. Отсюда возникла протестантская этика, моральные и духовные ценности современного либерального капиталистического общества. 


В средневековых ересях катаров, альбигойцев, богомилов и других  можно было также встретить разделение на духовные расы. Десятки различных христианских учений, именуемых с лютой ненавистью традиционными христианскими церквями термином "секты", проповедуют разделение людей по какому-либо признаку.


В Древней Индии, ещё за тысячу с лишним лет до рождения Платона, общество было разделено на четыре основных касты: брахманы — жрецы, целители и учёные; кшатрии — воины, правители;           вайшьи — земледельцы, ремесленники, торговцы;       шудры — слуги, наёмные рабочие. Впервые упоминание этих четырёх основных каст встречается в "Пуруша-сукте", в легенде о происхождении людей из частей тела первочеловека Пуруши: "Когда Пурушу расчленили…, его рот стал брахманом, его руки сделались кшатрии, его бёдра — вайшья, из ног родился шудра". Индуизм утверждает, что Брахма создал касты для сохранения Вселенной, для чего он установил допустимые для членов каст занятия. Обучение, изучение вед, жертвоприношения он поручил брахманам. Правопорядок и защиту государства он передал в руки кшатриям. Для вайшья он разрешил земледелие, разведение скота, торговлю. А шудрам он позволил лишь служение всем предыдущим кастам, с почтительным смирением.


Иудаизм также основывается на идее разделения людей и исключительности одного народа. Иудейская вера однозначно, т.е. не допуская иных толкований, определяет евреев в качестве единственного народа, связанного с Богом доверительными отношениями. Евреи, согласно их священным книгам, Богом избранный народ. Все остальные народы вроде бы как нечто низшее, которые могут прийти к Богу лишь через служение народу Израиля.


В СССР культ исключительности основывался на классовом принципе разделения общества и провозглашал рабочий класс избранным. В нацистской Германии культ исключительности превозносил арийскую расу. Американские расисты считают белых людей высшей расой, которая должна господствовать над азиатами, индейцами, чернокожими. Примеры идей исключительности, богоизбранности, разделения людей по религиозному, социальному или расовому признаку можно приводить очень долго.


Для обоснования исключительности группы людей, социального класса, религиозной конфессии, нации, расы и пр., фашистами создаётся соответствующая мифология и "наука". На основе  мифологии воспитывается  слепая вера в исключительные способности "избранных". А с помощью "фашистской науки" пропагандистами создаются псевдонаучные доказательства исключительности, специально для тех, кто в силу своей показной интеллектуальности, ищет среди разнообразной наукообразной чепухи оправдание своих инстинктивных симпатий к фашизму и фашистам.


Мифы, даже если это не думы о славном прошлом, а современные легенды о современных фашистских героях или мечты о светлом будущем, как правило, имеют историческое происхождение, уходящее корнями в глубокую древность. Усилиями пропагандистов и псевдоисториков создаётся альтернативная историческая реальность. Происходит выяснение или придумывание исторических и социальных корней "избранных". Делаются далеко идущие выводы о необходимости и даже неизбежности на определённом историческом этапе захвата власти фашистами, для защиты интересов этой "избранной" группы людей. Захват власти представляется пропагандистами и псевдоисториками  не как революция, а как закономерный процесс развития общества. Чаще всего речь идёт даже не о власти в отдельно взятой стране, а об абсолютной власти в пределах всего обитаемого мира. Необходимость и неизбежность мирового господства обосновываются некой исключительной ролью этой элитарной группы  в судьбе всего человечества, особой духовностью, неоспоримым интеллектуальным преимуществом, богоизбранностью или ещё какой-нибудь чушью, рассчитанной на малограмотных и впечатлительных граждан.


Удобной основой для создания  нацистской идеологии в Германии  стала философия Ницше, в особенности, его идея о сверхчеловеке, находящемся вне условностей и моральных норм, существующих лишь для "недочеловеков". Трудно найти какое-либо значимое социальное явление, которое возникло бы само по себе, у которого не было бы ни предшественников, ни последователей. Нацизм и ницшеанство возникли так же не на пустом месте.


Философия Ницше возникла из идеи его предшественников, называемой социальным дарвинизмом, который был очень популярен в конце 19-го и первой половине 20-го века. Согласно теории социал-дарвинизма, открытый Чарльзом Дарвином в живой природе естественный отбор должен распространяться и на человеческие отношения.  Классический социальный дарвинизм основывается на сформулированном Спенсером "Универсальном Законе природы", согласно которого существо, недостаточно энергичное, чтобы бороться за своё существование, должно погибнуть. Фашисты перенесением основополагающего в животном и растительном мире принципа борьбы за выживание в сферу общественной жизни оправдывают дискриминацию или даже уничтожение всех "иных", не относящихся к касте избранных. Таким образом, фашисты рассматривают необходимость дискриминации или уничтожения иных, в связи со стремлением группы "избранных" (нации, расы и пр.) выжить во враждебном окружении. По мнению фашистов, "избранные" погибнут от рук "варваров", если откажутся себя защищать.


Социал-дарвинизм объясняет эволюцию общественной жизни существованием неустранимых конфликтов в общественном развитии. По мнению социал-дарвинистов, социальные конфликты являются вечными и борьба сообществ между собой является двигателем общественного прогресса. В результате этой борьбы выживают сильнейшие, т.к. именно они завоевали право на жизнь в своей борьбе. Слабые должны в этой борьбе погибнуть. Именно этим фашистами обосновывается моральное право на дискриминацию или уничтожение всех остальных.


Несмотря на то, что Дарвин даже не думал распространять открытый им принцип естественного отбора на общественные отношения, идею социал-дарвинизма приписывают именно ему. Обычно приводят выдержку из его книги "Происхождение человека", где Дарвин пишет: "В недалёком будущем, возможно, уже через несколько сотен лет, цивилизованные расы целиком вытеснят или уничтожат все варварские расы в мире". Однако при этом не уточняют, что под варварскими расами Дарвин понимал народы, которым присущи жестокость, невежество, т.е. те черты, которыми фашисты подменяют силу и духовность в своей пропаганде. Дарвин считал, что именно отношение к человеческой жизни и образует тот водораздел, который отличает варварские народы от цивилизованных. Лишь народы, в традициях которых сочувствие и сострадание, а в обычаях помощь слабому, по мнению Дарвина, должны вытеснить и уничтожить всё варварское и жёсткое в мире.


На самом деле, Чарлз Дарвин к идеям социал-дарвинизма не имеет вообще никакого отношения, т.к. они зародились ещё в древности, задолго до возникновения самого термина "социал-дарвинизм". Существовали они в общественных традициях и народных обычаях в Месопотамии, Древнем Китае, Древней Индии и пр.  В Древней Греции существовало даже целое государство - Спарта, практиковавшее в отношении своих граждан селекцию, наблюдая как гибнут слабые юноши в боевых тренировках, (чаще всего упоминаемое сбрасывание спартанцами со скалы своих больных младенцев, скорее всего миф). Многие кочевые народы Азии придерживались принципа - доля слабого умереть.


Современный вид идеи социал-дарвинизма приобрели в 18 веке, дальнейшее развитие и "научное" обоснование они получили в 19 веке.  Впоследствии эти идеи развили нацисты, сделав их основой своей идеологии. Согласно нацистской идеологии, в борьбе за право на жизнь постепенно рождается новая, сильная, исключительно жизнеспособная раса господ, из которой непременно должны возникнуть некие высшие существа - "сверхчеловеки". Термин "сверхчеловек" был заимствован непосредственно из ницшеанства. Все остальные, не пригодные для превращения в сверхчеловеков, именуемые "недочеловеки" должны быть уничтожены.


Термин "недочеловек" (Untermensch) употреблялся социал-дарвинистами всю вторую половину 19-го века, но в массовое сознание он проник через пятьдесят лет, сразу после публикации в 1922 году книги "Бунт против цивилизации: угроза недочеловека" американского расиста Лотропа Стоддарда. Нацисты через двадцать лет использовали его в своей пропаганде уже как сложившееся понятие, не требующее какого-либо объяснения. Вот выдержка из нацистской пропагандистской брошюры  1942 года: "Недочеловек — это биологическое существо, созданное природой, имеющее руки, ноги, подобие мозга, с глазами и ртом. Тем не менее, это ужасное существо является человеком лишь частично. Оно носит черты лица, подобные человеческим – однако духовно и психологически недочеловек стоит ниже, чем любое животное. Внутри этого существа — хаос диких, необузданных страстей: безымянная потребность разрушать, самые примитивные желания и неприкрытая подлость". В этой же брошюре в качестве недочеловеков перечислялись евреи, цыгане, финны, венгры, татары, монголы (и вообще все азиаты), русские, украинцы и другие народы.


Идеи социал-дарвинизма и радикальный национализм не является исключительной чертой каких-либо определённых народов, рас. Он свойственен практически всем народам и расам, т.к. его  примитивные звериные инстинктивные начала заложены в самой природе человека и нивелируются лишь культурой, образованием. Чем ниже интеллектуальный уровень, чем на более низкой ступени социальной лестницы стоит человек, тем он более подвержен идеям исключительности, социал-дарвинизма, национализма.


В России 1830 - 1840-е годы отмечены возникновением идеи русской исключительности. Началось все с безобидного спора между западниками, которые утверждали, что Россия сильно отстала от европейских стран в экономике, науке, культуре, политической жизни и славянофилами, утверждавшими, что Европа давно находится в глубоком кризисе и катится к закату. Западники утверждали, что существует абсолютно универсальный путь развития науки, культуры, общественной жизни, который должны пройти все, без исключения страны. Российская жизнь, с её самодержавной и религиозной составляющей, с крестьянским традиционным  общинным способом производства, мешает стране двигаться по пути прогресса, вместе со всеми остальными странами. По мнению западников, России необходимо было двигаться теми путями, которыми развивается цивилизованная Европа. Славянофилы же настаивали на том, что необходимо как можно дольше сохранять свою самобытность, нести в разложившуюся меркантильную Европу свет духовности и чистоту первоначального христианства.


Параллельно ожесточённой полемике славянофилов и западников, возникали и новые имперские идеи, включающие в себя идею исключительности русского народа, его избранности, его особой миссии для всего мира.  Снова зазвучали слова "Третий Рим" и "Тысячелетняя славянская империя". Русская соборность, общинность провозглашалась единственно возможным укладом общественной жизни для всех народов, а особое географическое положение между Западом и Востоком, авторитарное самодержавие - благоприятными условиями к созданию самого могучего авторитарного государства на земном шаре. Рассматривалась идея объединения всех славян под крылом Российской Империи, при этом господствующим над славянами народом определялись русские.


Михаил Погодин в своих книгах утверждал об исключительности славянского мира, духовных ценностей славян и истинной веры — православия. А среди славян он выделял русских. Константин Аксаков, Алексей Хомяков, Иван Киреевский, Николай Данилевский, Владимир Ламанский князь Владимир Черкасский, генералы Михаил Черняев, Михаил Скобелев, Ростислав Фадеев … - список известных писателей, политиков, военных, государственных деятелей можно привести очень длинный, что доказывает высокую популярность в обществе 19-го века идеи русской исключительности и национализма. Именно на этой почве, сразу после революции 1905-1907 годов вырастут различные русские националистические организации.


Любопытный образец для изучения представляет американизм, т.е. явление, именуемое "американская исключительность". Речь идёт о  вере граждан США в миф о своём превосходстве перед другими народами, возрастом уже более трёхсот лет, т.к.  начало этого мифа происходит фактически от времени основания государства. Миф этот основан на вере, что США занимают особенное место в мире, а народ, населяющий страну, который сам себя называет "американской нацией", обладает особым национальным духом, особой приверженностью к свободе. Американцы верят в том, что их государственные и политические институты совершенны, судебная система эталонно независима. Они полагают, что на них возложена особая божественная миссия нести свободу и демократию всем варварским народам, наставлять на путь истинный народы заблудшие, огнём и мечом искоренять скверну.


Действительно, исторические условия, в которых создавались США были уникальные. Пуританская мораль и никогда в истории, ничем не ограниченный капитализм создали уникальное в своём роде государство. Американская нация - сплав различных народов, разнообразных культур, во всей их многообразности. Население страны состоит целиком из потомков эмигрантов, бежавших в Новый Свет от преследований на своей исторической родине, из Европы и Азии, в поисках экономической и политической свободы, возможности исповедовать свою религию, не опасаясь при этом за свою жизнь. У этих эмигрантов, ещё до рождения государства,  были общие представления о таких понятиях, как свобода, демократия и права человека. Государство изначально строилось на принципах экономической свободы, неприкосновенности частной собственности и поощрении предпринимательства. Государственные институты и судопроизводство строились из соображений эффективности, верховенства законов и справедливости. Эти институты и суды не были отягощены грузом феодального прошлого, сотнями лет правления аристократии, политической и религиозной цензуры, сословными предрассудками.


Несомненно, американцам есть чем гордиться. Если бы не одно обстоятельство: временами чувство гордости за свою страну, за американский народ выходило за рамки здравого смысла, становясь настоящим культом. Фашизация американского общества в обозримой исторической ретроспективе время от времени зашкаливала и лишь разумно построенное государство, наличие в нем системы политических сдержек и противовесов, независимость судебной системы, реально существующая свобода слова, сделали приход к власти фашистов невозможным. США неоднократно балансировали на грани между демократией и фашистской диктатурой. Нет никакой гарантии, что в дальнейшем американскому народу также будет сопутствовать удача и очередной всплеск фашизации общества не закончится "народной диктатурой" и "американским социализмом".


Если во внутренней политике, где имеет значение политическое устройство государства, существуют эффективные механизмы противодействия доминированию отдельных социальных групп, политических сил, а безусловное доминирование местных органов власти в жизни простого американца, нивелирует излишнюю мощь государственной машины, то во внешней политике, США ведут себя крайне агрессивно, показывая во всей своей красе уродливую сторону мифа об американской национальной исключительности. Если во внутренней политике американцы строго придерживаются принципа сохранения в любой ситуации политического плюрализма, абсолютной  свободы политических и религиозных взглядов, то во внешней политике они проявляют грубую нетерпимость к чужому образу жизни, к праву других народов жить так, как им хочется, в соответствии со своей религией, своими традициями, национальным характером и в соответствии со своими национальными интересами.


Фашистские военные организации, возникшие на основе культа исключительности воина, часто возникают в офицерской среде. Такие организации продолжают латентно  существовать и развиваться в армии долгие годы и десятилетия, пока не появится благовидный повод и удобный момент для захвата власти в стране. Для успешного захвата власти необходима лишь сила, но для её удержания фашистскими методами, а не исключительно силой, нужен авторитет. Необходимо, чтобы военные в стране занимали бы особое положение, были бы своего рода кастой, живущей по своим законам. И это привилегированное положение и авторитет военных должны безоговорочно признаваться обществом.


Типичными образцами фашизма, возникшего в среде военных, можно назвать военную хунту Пиночета в Чили, Испанский фалангизм в Испании, режим  Антонеску в Румынии, режим Хорти и Салаши в Венгрии.


Например, в Чили, на военных, которые традиционно занимали особое положение в стране, населением возлагались надежды на стабилизацию в политической и экономической сферах, на недопущение во власть коммунистов и установление диктатуры пролетариата, с её обязательными национализациями, экспроприациями и пр.. Как говорили сами чилийцы, в начале семидесятых годов, страна была несколько лет беременна военным переворотом.


Поэтому, сразу после переворота, произошедшего 11 сентября 1973 года восторженные жители Сантьяго  вышли на улицы празднуя это событие, как национальный праздник.  В Чили было сформировано военное правительство, возглавил которое популярный в народе генерал Пиночет. Следует отметить, что степень фашизации чилийского общества достигла своего максимума ещё задолго до переворота. Чилийцы давно были готовы к такому повороту событий, большинство ждало и желало прихода к власти военных. В августе 1973 года, т.е. за месяц до переворота, сразу после отставки Карлоса Пратса, уволенного со всех постов, усилиями будущих путчистов, в обществе открыто заговорили о скором военном перевороте.


В отношении чилийской хунты можно применить термин "фашистская" именно потому, что военное правительство, для удержания власти после государственного переворота, опиралось не столько на силу, сколько на поддержку населения. Пиночетом и его правительством, наряду с политическими репрессиями,  были использованы и другие типичные фашистские приёмы удержания власти: популизм, эффективная пропаганда, цензура и контроль СМИ, фальсификации результатов выборов.


Пропагандисты фашистской военной хунты объявили "национальное возрождение" целью прихода к власти военных. Были проведены экономические реформы, принята новая чилийская Конституция, проведена приватизация ранее национализированных предприятий, а также организаций  образования и здравоохранения.


По словам Пиночета, причиной прихода военных к управлению страной стали угроза захвата власти коммунистами и деструктивная деятельность социалистического правительства Сальвадора Альенде, симпатизирующего коммунистам. Пиночет объявил военную диктатуру вынужденной и временной мерой. Он пообещал, что как только страна выйдет из состояния хаоса, армия вернётся в казармы и власть будет передана гражданскому правительству. На второй день после переворота, военная хунта объявила о наличии внутреннего и внешнего коммунистического заговора, объявила непримиримую борьбу с внутренними и внешними врагами. Военными были созданы чрезвычайные военные трибуналы, построены концентрационные лагеря для политических противников.


В январе 1978 г. Пиночет провёл референдум о доверии к себе и проводимому им курсу. В результате референдума, Пиночета поддержали 75 % пришедших на избирательные участки. Следует отметить, что сторонние наблюдатели заявляли о массовых нарушениях при проведении голосования и масштабных фальсификациях при подсчёте голосов. Такой метод узурпации власти, как контроль выборов, типичен абсолютно для всех фашистских режимов и сведения об этом часто попадали в исторические хроники.


Пример Чили показывает, как в условиях высокой фашизации общества военная хунта, пришедшая к власти чуждым фашизму способом, не при помощи выборов или революции, а в результате военного переворота, переходит после захвата власти к чисто фашистским методам: популизм, борьба с внутренними и внешними врагами, полный контроль над средствами массовой информации, вождизм, культ традиционализма, культ силы и пр.


Не всегда военный переворот заканчивается фашистской диктатурой, он может закончиться обычной военной диктатурой, держащейся у власти исключительно за счёт силы, делая акцент преимущественно на государственный аппарат подавления гражданского сопротивления, а не на идеологию и соответствующую ей пропаганду. Иногда военный переворот может иметь явную антифашистскую направленность. Трижды в 20-ом веке турецкая армия спасала Турцию от религиозного фашизма, от радикализации и исламизации общества. Именно военные, недовольные исламизацией страны, прокатившимися националистическими погромами, ограничениями свобод  (под предлогом борьбы с "подрывной деятельностью" правительством были запрещены любые политические собрания, проводились массовые аресты), вооружённым разгоном демонстраций, а, в особенности, недовольные политическими чистками в армии, спасли Турцию 27 мая 1960 года от фашизма в первый раз. Впоследствии все повторилось дважды, в 1971 и 1980 годах. Методы, которыми действовали турецкие военные в 1960 и 1980 годах, были поистине ужасными: были казнены  сотни людей, десятки тысяч лишены гражданства, лишены свободы сотни тысяч. Тысячи граждан пропали без вести. Но при всех этих ужасах, назвать эти события фашистским военным переворотом нельзя. Лечение Турции от фашизма оказалось не менее страшным, чем сама медленно прогрессирующая болезнь.


Не следует путать культ исключительности, насаждаемый фашистской пропагандой всему обществу, с идеологией исключительности небольшой по численности группы людей, т.е. когда имеется ввиду  идеология меньшинства, которую не поддерживает больше никто, хотя все остальные вынуждены ей подчиняться. Диктатура, в основе которой лежат не фашистский культ, а исключительно страх граждан за свою жизнь, не может называться фашистской, если этот страх порождает немногочисленная группировка, считающая себя исключительной, принадлежащей к некой привилегированной категории. Примером может служить диктатура Франсуа Дювалье на Гаити с 1957 по 1971 год. Несмотря на безуспешные попытки сторонников режима создать из Дювалье вождя нации, он никогда не пользовался поддержкой гаитянцев. Его диктатура держалась на суевериях и страхе перед служителями культа Вуду и вселяющими ужас вооружёнными отрядами "Тонтон-Макут". Тонтон-макуты не имели официального статуса и действовали вне какого-либо закона или иного правового акта. Неугодные открыто или тайно похищались тонтон-макутами и просто исчезали бесследно. Эта была диктатура страха, а не власть обработанной пропагандистами безумной толпы.


Право исключительности может основываться фашистами на предполагаемом (т.е. презюмируемом, вообще никак специально не обоснованном)  праве коренного народа  на территорию, на природные ресурсы. В этом случае, единственным оправданием для фашистов является утверждение о том, что у какой-либо конкретной территории имеется конкретный хозяин - народ, либо издавна населяющий эту территорию (завещанную предками), либо исторически возникший в этом месте, получивший там божественное откровение или получивший землю во владение от самого бога (святая земля), завоевавший в кровопролитных войнах свои владения и т.п..


Одним из определений нации является следующее: нация это общность людей, проживающая в определённой местности. Спорное, на мой взгляд, утверждение, но оно отражает особое значение земли для любой нации. В мире с древности и поныне, существовали и существуют различные территориальные споры и конфликты, спекуляции на тему права народов на те или иные территории. Фашисты в своей пропаганде умело пользуются этими противоречиями.


Для одних земля - это отнятая у других народов во время войны территория (политая кровью предков-воинов), для других земля имеет сакральный смысл, так сказать, центр мира, отправная точка национальной истории и культуры. В первом случае фашисты для достижения своих целей манипуляции массовым сознанием, делают акцент на героическом прошлом народа, они гордятся массовыми жертвами среди мирного населения, огромными военными потерями в войнах, зачастую бессмысленных. Во втором случае - внимание пропаганды акцентируется на неразрывную тройственную духовную связь народа, бога и земли. Уничтожение внешних и внутренних врагов, агрессивные войны именуются фашистами борьбой за свободу родины (разумеется с врагами родины), с врагами бога и нации.


Нацисты вычеркнули из этой схемы бога, получив "кровь и землю". На понятиях крови и почвы (Blut-und-Boden-Ideologie) была построена идеологическая нацистская теория единства происхождения немцев ("крови") и родины, т.е. родной земли, дающей нации силы ("земли"). Эта теория была положена в основу гитлеровской расовой политики, фашистской идеологии и культуры.


Культ конфессиональной исключительности имеет самые  тяжёлые последствия, как для окружающих, так в итоге и для самих приверженцев культа. Извращённое религиозное сознание, часто противоречащее основам религии,  рождает идею о превосходстве конфессии, к которой принадлежит верующий. Идеи конфессиональной исключительности присущи всем современным религиям, без исключения, но наиболее яркую и агрессивную форму эта идея приобретает в монотеистических религиях.


Языческие религии, в отличие от монотеистических,  предполагают, что боги вполне могут терпеть наличие других богов у других народов. Разные народы на заре человечества поклонялись различным божествам и спокойно сосуществовали вместе, иногда ссорясь по поводу того, какой бог старше, сильнее и значимее. Выиграв битву, люди решали, что их боги более могущественны, чем боги противника.


Единобожие однозначно не предполагает наличие никаких других богов. Поэтому культ исключительности возникает, как правило, у адептов монотеистических религий, от древнеегипетского Атона до Авраамических религий (иудаизм, христианство, ислам).


Идея конфессионального превосходства всегда обосновывается "богоизбранностью", т.е. тем, что бог избрал определённый народ или последователей определённого религиозного направления для особой миссии, известной только самому богу. На этом основании, сторонники конфессиональной исключительности считают себя любимыми Богом людьми, которым он оказал своё особе доверие. Идея богоизбранности наиболее ярко проявилась в иудаизме, где она является центральной для всего вероучения.


Крайне агрессивной выглядит позиция исключительности в исламе.  В священных книгах язычники расцениваются как враги ислама и мусульманам запрещено общаться с ними, помогать им. Коран прямо называет их врагами веры и мусульман, требует истреблять их, если они не примут мусульманство. Коран (сура IX, ст.5):"А когда кончатся месяцы запретные, то бейте многобожников, где их найдёте, захватывайте их, осаждайте, устраивайте засаду на них во всяком скрытом месте! Если они обратились и выполняли молитву и давали очищение, то освободите им дорогу: ведь Аллах - прощающий и милосердный". Борьба с язычеством - это святая борьба, дело чести каждого мусульманина. Борьба, называемая джихадом, продолжается со времён пророка Мухаммеда (именно из-за этого пророку пришлось переехать из Мекки в Медину) и до нынешних дней. 


Идея исключительности мусульман и необходимости джихада была главной движущей силой арабских завоеваний в 6-8 веках, последующих религиозных войн. Сегодня идея конфессиональной исключительности является причиной многих конфликтов на Ближнем Востоке, в Афганистане, Пакистане и пр.


Вражда, в основе которой идея религиозной исключительности, возникает и внутри конфессий, среди различных групп и направлений. Примером тому является непрекращающаяся столетиями вражда между суннитами и шиитами, берущая начало ещё в 7 веке. Сейчас в исламе существует 7 основных направлений (религиозных школ - мазхабов): 4 суннитских (шафиитский, ханбалитский, ханафитский и маликитский) и 3 шиитских (исмаилитский, зейдитский и джафаритский). Внутри этих течений имеются другие религиозные группы, которые также соперничают друг с другом, часто доказывая свою "богоизбранность" с помощью оружия.


 История христианства - это так же история многочисленных религиозных войн, начиная со времён возникновения первых христианских общин. На заре христианства различные течения внутри церкви враждовали, а зачастую даже находились в состоянии реальной войны друг с другом. После обретения статуса государственной религии, началась борьба с ересями, с сектантством. И далее, целыми столетиями между христианами шла религиозная вражда. Протестанты враждовали с католиками, англиканцы ненавидели пресвитерианцев, кальвинисты не жалуют лютеран.


Может быть мне не стоило далеко ходить за примерами, достаточно было вспомнить русский церковный раскол 17-го века, когда русский православный стал ненавидеть такого же русского, но старообрядца, вырывая язык и сжигая его живьём только из-за расхождений во взглядах на религиозные обряды. Внутри  старообрядчества также есть разные течения, члены которых также претендуют на "правильность" и исключительность - поповство, единоверие и беспоповство. Среди этих старообрядческих религиозных течений, имеются ещё более мелкие обособленные группы, считающие себя ещё более "избранными", чем остальные и так далее…


Идеи исключительности появлялись не только в Америке и Европе. Такие идеи возникали и возникают в Азии, Африке, Австралии, даже у народов Океании.


В Южной Африке в конце 19 века, в среде потомков первых колонистов, преимущественно, голландцев, возник африканерский национализм. Согласно идеологии африканерского национализма, белые люди на континенте, говорящие на африкаанс (диалект нидерландского языка) являются богоизбранным народом. Все остальные (китайцы, негры, британцы и пр.) не признавались коренным населением юга и считались африканерами людьми второго сорта. Националистами были созданы десятки организаций фашистского толка, из них две наиболее крупные: Братство африканеров, и старейшая партия ЮАР - Национальная партия Южной Африки. Последняя, кстати находилась у власти с 1948 года по 1994 год.


В Родезии в конце 19-го века также сформировались националистические организации фашистского образца.  Идеология родезийских националистов базировалась на идее исключительности белых жителей Родезии, говоривших по-английски.  В чести были идеи корпоративизма, консерватизма и антикоммунизма.  Основная националистическая партия, именуемая "Родезийский Фронт", на протяжении 30 лет играла весомую роль во внутренней политике страны, а в 1965–1979 годах находилась у власти.


В планах белых африканских националистов было создание нового общества, новой культуры, нового государства на чисто фашистских принципах. Предусматривалась европеизация коренного чернокожего населения Африки, т.е. полная замена традиционной религии на европейскую,  отказ от традиционных африканских культов в пользу  христианства, замену традиционной негритянской культуры на культуру пришлых белых колонистов и т.п.


На территории Африки был не только белый национализм, национализму были подвержены также и представители племён, населявших континент до прихода туда Европейцев. В основе идеологии чернокожих националистов был тот же традиционные набор - культ исключительности конкретного африканского племени, его превосходства над другими племенами. Традиционализм, в этом случае, пропагандировался в виде возвращения народа к первоистокам, к первоначальной природной нравственной чистоте, стремления ощутить себя частью природы, научиться понимать язык зверей и птиц, дружить с деревьями, дождём, ветром. Создавалась вымышленная прекрасная история народа, история героической борьбы племени с враждебными  племенами, с белыми колонизаторами. Националисты стремились к насаждению традиционализма во всех сферах деятельности. Возрождалась традиционная культура, племенные мифы и предания, обучение молодёжи ритуальным танцам и музыке.


Некоторые чёрные африканские националисты и сейчас выступают за легализацию  рабства, когда одно племя полностью владеет другими племенами на праве собственности. В отдельных случаях, они считают необходимым распространить рабовладельческое право не только на территорию своей страны, но и на всем африканском континенте. Обоснование все то же - исключительность родного племени.


Мобуту в Заире с 1965 по 1997 год проводил политику заиризации (африканизации) населения, провозгласив традиционные африканские верования и культуру единственно возможными. Он запретил неафриканскую литературу, кино, театр, ношение одежды западного образца, заставил граждан поменять европейские имена на африканские. В республике было запрещено западное образование, христианские праздники.


В Полинезии ещё в 18 веке, при всей примитивности жизни, у отдельных племён путешественники из Европы отмечали признаки национализма. Полинезийцы не знали ни гончарного производства, ни лука, ни стрел, но у них уже сформировалось понятие частной собственности, существовало разделение труда, рабовладение. Общество делилось на социальные группы: ремесленников, воинов и жрецов. Полинезийцы, образуя внешне отличную от других народов Океании группу, разговаривая на едином языке, считали себя избранными и относились к другим народам Океании с презрением и враждебностью. При этом, у них существовало довольно стройное для примитивного общества "научно-религиозное" обоснование своей исключительности. Это доказывает, что ксенофобия и национализм присущ человеческой природе изначально. Лишь современная цивилизация, её этика, наука и культура способны подавить в человеке эти звериные проявления животных инстинктов, первобытных страхов перед чужаками, не похожими на соплеменников.


Можно написать огромную энциклопедию национализма, где указать исторические примеры, сделать ретроспективный срез по странам и континентам, составить длинный список националистических организаций. Энциклопедия получилась бы тяжёлая и толстая, потому как материала для неё всемирная история преподнесла автору такой энциклопедии предостаточно. Национализм не единственный, но самый распространённый и самый удобный повод для создания культа исключительности.


История, вернее та её часть, которая отвечает интересам фашистов - важнейшая часть фашисткой пропаганды. Не гнушаются фашисты и "подгонять" историю под свои потребности, вольно интерпретируя исторические факты, комментируя и делая выводы, необоснованные ничем, кроме своей выгоды, а то и вовсе придумывая не существовавшие в реальности исторические события. Для обоснования исключительности, фальсифицированная фашистами история, как раз самый удобный инструмент.


К примеру, согласно утверждениям славянофилов, сторонников идеи "Россия-Третий Рим",  древняя Русь является прямой наследницей основных древних мировых монархий, которые в свою очередь берут своё начало от императора Августа, основателя Римской Империи. Рюрик, как доказывают славянофилы-историки, ведёт свой род от римских императоров. Даже не искушённому в вопросах истории читателю, без комментариев понятно, где тут собственно история, а где великодержавная российская государственная пропаганда.


При этом, реальные исторические факты, подтверждённые  документами, опровергающие исторические теории фашистов, самими фашистами без объяснения объявляются фальсифицированными. Только на том основании, что они дескать порочат доброе имя страны, населяющего страну народа.


В 1948 г. госдепартамент США издал сборник документов о советско-германских отношениях перед самой второй мировой войной. В эти документы включили также тексты секретных протоколов пакта Риббентропа - Молотова. Сразу после этого СССР опубликовало историческую справку "Фальсификаторы истории", в которой была указана советская версия причин войны, отрицался сговор Гитлера со Сталиным, спровоцировавший Германию на захват Польши, что в итоге привело к началу Второй мировой войны. Вся ответственность за развязывание войны перекладывалась на Гитлера и его окружение. Долгие последующие годы эта версия, изложенная в "Фальсификаторах истории", стала источником сведений о причинах войны во всех официальных изданиях, от исторических трудов и энциклопедий, до советских школьных учебников истории. Основной довод в пользу отрицания реально существующих документов, свидетельств, подтверждающих факт сговора, был прост - клевета на народ-победитель, освободивший Европу от немецкого национал-социализма. И все, никакие аргументы больше уже не нужны. Срабатывает чисто фашистская логика: этого не может быть, потому, что мы хорошие, а все вокруг - плохие, мы - народ, а значит мы всегда правы. Спорить с фашистом бесполезно, подобный спор похож на спор с религиозным фанатиком,  которому все равно бесполезно что-нибудь доказывать. Убедить фашистского фанатика в чем-то невозможно, а вот получить от него топором по голове или нож под ребро, в порыве "праведного гнева", можно запросто.


Поведение человека зависит от того, какую социальную роль для себя он определяет, причём имеет значение не только реальное положение, но и то, как себя ощущает сам человек, то есть его социальная идентичность. Приятно осознавать свою исключительность, ещё приятней, когда эта реальная или мнимая исключительность даёт какие-то преимущества. Примерить на себя эту исключительность или с неприятием отвергнуть её, целиком зависит от  нравственных качеств личности и интеллекта. Принимая или отвергая идею исключительности, даже если это решение принимается человеком спонтанно, на эмоциональном уровне, в мозгу человека все равно подсознательно решается сложная задача: даёт ли эта исключительность какие-либо новые возможности, позволяет ли она чувствовать себя увереннее, получать эффективную поддержку от "своих", позволяет ли она передавать своим детям эти признаки элитарности, даёт ли какие-то преференции во взаимоотношении с  властью, позволяет ли гордиться собой и своей исключительностью, чувствовать силу единства с такими же носителями этой исключительности. Люди часто не осознают истинных мотивов своей симпатии к фашистским идеям.


При определении своего отношения к фашистской идее исключительности, человек видит себя как бы со стороны. Некоторые видят в фашизме самого себя: повышение собственной значимости (особенно при всей ничтожности социального положения, небезупречных нравственных качествах и низких умственных способностях индивидуума), сопричастность к многочисленному и сильному общественному движению и защиту со стороны этого движения. А другие люди не видят себя в фашизме, они способны  видеть себя лишь вне его, т.к. отчётливо видят всю лживость фашистской пропаганды и последствия, к которым приводит промывание мозгов.


Как причины симпатии или непротивления фашизму, так и причины неприятия фашизма так же могут различаться у разных людей.  Кто-то таким родился и не приемлет лжи, насилия и любого ущемления личной свободы, другому отвратителен любой фашизм, по причине эстетического неприятия и интеллектуального отторжения, т.е. из-за индивидуальных личностных свойств, не врождённых, а являющихся плодами воспитания и образования.


Немалая часть поддерживающих фашистов граждан, являются просто безыдейными конформистами, чей конформизм происходит от разных причин: от простого малодушия, до хорошо обдуманных меркантильных денежных интересов и амбициозных карьерных устремлений. Этот конформизм может происходить вообще из любых конъюнктурных соображений. Именно поэтому, ещё одним признаком фашистского государства, является то, что в фашистском государстве главным является не внешняя, по отношению к индивидууму, цензура, а самоцензура. Стремление не выделяться из толпы, мимикрировать под окружающее общество, чтобы стать в нем незаметным, является жизненно необходимым для любого гражданина, для его социального благополучия, а иногда это становится главным условием выживания в фашистском государстве.


Достаточно лишь исключить два компонента из ядовитого содержимого государственной машины фашистского государства, но компоненты самые важные, базовые  - ненависть и страх, и фашизм умрёт. Фашизм существует не в концлагерях и тюрьмах, не в телевизионных студиях и редакциях газет, не в законах или хаосе, он живёт в головах людей, в их сознании.


1.3. Культ традиционализма. Фашистская эстетика Править

Фашисты утверждают, что современная цивилизация нуждается в срочном радикальном хирургическом лечении, без которого она рано или поздно обречена на гибель. По мнению фашистских пропагандистов, капиталистическая продажная мораль извратила всякий разумный порядок вещей, существовавший веками, а современное общество превратилось в царство денег, чего никогда не случалось ранее.


Фашисты призывают вернуться в прошлое, создать новое Средневековье, с его варварской моральной чистотой.  Нужно, наконец, народу встать с колен, разорвать оковы, в которые облекли весь мир торгаши и спекулянты, проснуться ради обновлённого, одухотворённого мира.


Красиво выглядит, не правда ли? А то, что за этой красивой обложкой мрачным напоминанием стоят Майданек, Освенцим и Бухенвальд не упоминается.


Право на жизнь, по меркам фашистов, имеют лишь те, кто обладает достаточной силой для преодоления ничтожных жизней ничтожных людей вместе с их аппетитами и сантиментами, вместе с их убогим чванством, вместе с их гнилыми буржуазными либеральными ценностями.


Лозунги, приведённые в двух первых абзацах, взяты мной из нацистской пропаганды ноября 1934 года. Слова эти прозвучали на следующий год после прихода Гитлера к власти. Как униженная версальским миром Германия встала с колен и чем это закончилось,  мы все хорошо помним.


Ещё одним родовым признаком фашизма, наряду с культом ненависти и культом исключительности, является традиционализм. Фашисты насаждают в обществе идею о том, что для сохранения порядка и целостности страны необходимо придерживаться веками существующих традиций, традиционной культуры и образа жизни. По мнению фашистов, традиции составляют высшую практическую мудрость расы или нации. Они считают, что национальный характер и дух народа заложен в его традиционную культуру и традиционный образ жизни, которые являются единственно приемлемыми и подлежат ограждению от любой чуждой культуры другого народа, от влияния современной общечеловеческой культуры и иного образа жизни.


В здоровом обществе существует баланс между традицией и новациями. Сохранение накопленного поколениями знаний, укоренение традиционных для общества норм и ценностей и создание нового не противоречат, а дополняют друг друга. Фашисты отрицают необходимость баланса между старым и новым, провозглашая традицию важнее любых новаций.


Интеллектуальная деятельность человечества, по большей части, состоит из воспроизводства новых идей в науке, культуре, технологиях и пр.. Эта деятельность включает в себя также процессы  анализа и отбора старых  идей и принципов, культурных проявлений и пр., чтобы решить, что следует считать отжившим, противоречащим  процессу прогресса, формированию новых идей и смыслов.


В развитом демократическом обществе главная функция традиции – обеспечить прогресс, возможность генерировать новые идеи, отталкиваясь от коллективного опыта прошлых поколений. Традиция в этом случае не противоречит новому, а становится его частью, фундаментом, на котором строится это новое.


В чем же причина приверженности фашистов к традиционализму, если именно прогресс обеспечивает процветание народу и государству, спокойное поступательное развитие экономики, политическую стабильность в стране?


На самом деле, это только кажется, что любое правительство должно быть заинтересовано в прогрессе. Кажущаяся странной и противоречащей логике позиция неприятия фашистами всего нового, вполне объяснима.


Рассмотрим, к примеру, влияние на состояние общества и государства такой вещи, как культура. Любой вменяемый политик воспринимает культуру как универсальную мотивирующую систему норм и ценностей, непосредственно влияющих на настроение и поведение, как целых социальных групп, так и отдельных людей в социуме. Культура непосредственно влияет на социальный порядок в стране, на управляемость населения. Именно культура способна из разумных и добрых людей сделать тупую агрессивную толпу или наоборот.


В любом государстве политики эксплуатируют приверженность людей к традициям, используя это качество для манипуляции людьми. Это вполне обычное явление.  В фашистском государстве не просто почитаются и сохраняются традиции, из них делают культ, им преклоняются, они собственно и составляют фашистскую культуру как таковую.


Культ традиционализма основан на человеческой психологии и на технологиях манипуляции массовым сознанием. Человек воспринимает окружающую действительность сквозь призму своих  убеждений, даже если они далеки от реальности. Сама по себе информация нейтральна. Лишь мы сами наделяем эту информацию смыслом. Инстинктивно  всё, что соответствует нашим представлениям о мире и нашим убеждениям, мы считаем правильным и ценным, а факты, которые расходятся с нашими взглядами, просто отметаем, относя их к недостоверным. Любые доказательства объявляются глупыми и несущественными, а, следовательно, отметаются ради ошибочных представлений, с которыми мы не в силах расстаться.


Именно поэтому, фанатично верящие фашистскому режиму граждане не слышат и не понимают никаких аргументов, противоречащих фашистской доктрине.


Человеку очень сложно изменить своё мнение, если он уже какое-то время придерживался определённых взглядов. Тем сложнее, если он на основе своих взглядов принял серьёзное решение, имеющее далеко идущие последствия. Это обстоятельство однозначно доказано современными научными исследованиями в области психологии.


Многие люди не могут избежать соблазна самооправданий, самовозвеличивания. Нравится такому человеку считать, что он непогрешим, умён, обладает уникальными морально-этическими качествами. Человек со средними умственными способностями редко сомневается в своей правоте и полагает, что оправдываться ему не в чем. Недаром главным отличительным признаком интеллектуала во все времена было сомнение и критическое отношение к самому себе и окружающему миру. Таких, к сожалению, в любом обществе меньшинство. Поэтому, социум может легко управляться  методами, эксплуатирующими указанные выше недостатки человеческой природы.


Сила самообмана настолько велика, что человек под его влиянием  способен неосознанно корректировать свои воспоминания в нужную сторону, чтобы выглядеть в глазах окружающих и в собственных глазах в более выгодном свете. Из восприятия прошлых событий исключаются вина,  ответственность за совершённые неблаговидные поступки. В результате, человек,  всегда заведомо уверенный в своей правоте, перестаёт понимать разницу между добром и злом. Привычка к самооправданию порождает аморальные поступки, которые воспринимаются как нормальные, а объективно их анализировать может далеко не каждый. Для этого нужно иметь, кроме способности к критическому анализу, еще и смелость. Я уверен, что читающие эту книгу не так часто встречали людей, по своей собственной инициативе, а не под давлением обстоятельств, публично признававших свою неправоту и извинявшихся за свои поступки.


То же самое касается и массового сознания, при правильно поставленной фашисткой пропаганде, все, что делает тупая и агрессивная толпа выглядит правильным. Прошлое страны или народа то же всегда выглядит надлежащим образом, в соответствии с желанием большинства. Это толпе приятно. Глупый, но крайне эффективный трюк для манипуляций.


Особенно хорошо поддаются массовой психологической обработке люди, до этого считавшие себя слабыми, жалкими и ничтожными, даже если это совсем не так. Инстинктивно люди с низкой самооценкой или комплексом неполноценности стремятся выйти из этого состояния, часто находя прибежище в спасительном самообмане, наведённом в их голове фашистской пропагандой. Именно поэтому, такие люди наиболее склонны к искажениям своего собственного сознания в угоду своему возрождающемуся, благодаря пропаганде, самомнению. Отчасти, из-за этого самой благодатной почвой для фашизма являются низшие слои общества. Они составляют главный электорат фашистских партий именно вследствие своих психологических особенностей, а также ещё по экономических причинам.


Традиционная культура предполагает традиционные источники информации. Как правило, это устные предания, мифологические источники (народные сказки, былины, саги  и прочие),  изобразительное искусство и скульптура, мистические  представления, народные обряды. Такую форму культуры фашисты называют "истинно народной традиционной культурой", акцентируя присутствие в ней традиционного мифологического мышления и фольклорных мотивов.


Созданная фашистами синтетическая "традиционная культура" содержит в себе вполне определённые жёсткие установки "свой – чужой", что создаёт благоприятную почву для манипуляций общественным сознанием. Фашистская культура становится государственной, важнейшей частью идеологии, наравне с фашисткой исторической наукой, рассматривающей исключительно идеологически "правильные" версии исторических событий и их интерпретации.


Фашисты, отметая неугодные и акцентируя внимание на  выгодных им традициях, по-своему их трактуют. Фактически, они выбирают для граждан своей страны прошлое, иногда изменяя это прошлое, часто добавляя в него что-то своё, чего вообще никогда в этом прошлом не существовало. Поэтому, традиции, насаждаемые фашистами, имеют мало общего с действительно существовавшими в прошлом. Это скорее некий новый продукт, созданный усилиями пропаганды, выдаваемый за существовавшую в далёком прошлом реальность. Это то прошлое, каким его хотят видеть фашисты.


В начале века возник немецкий национализм и многие немецкие учёные заговорили о "германской античности", противопоставляя её греко-римской. Они утверждали, что в античные времена существовало несколько полюсов культуры, одним из которых была Северная Европа, населённая германскими племенами. На основе древних германских мифов, эти учёные создавали "воспоминания" об утраченном "золотом веке",  не только его прославляли, но и призывали вернуться к нему.


Понятие народного духа и особой духовности, присущие немецкому народу, оказали серьёзное влияние на массовое сознание немцев в 19 веке.  Истоки немецкого национал-социализма следует искать именно в этом времени. В 19 веке, практически, повсеместно в Европе происходили похожие процессы. К примеру, в России оказали существенное влияние на государственную идеологию того времени и на первых славянофилов, именно труды российских историков, выполнявших заказы российских монархов о прославлении роли русского народа во всемирной истории и династии Романовых в особенности.


Даже в наши дни фашистская наука в отдельных странах время от времени делает открытия о том, что все народы на земле произошли от какого-то конкретного народа, носителя божественной истины.  Туркменские историки совсем недавно установили, что именно древние туркменские учёные (именно так это и было озвучено - "древние туркменские учёные") на заре человечества изобрели колесо, письменность, выплавку металлов, научили все человечество пасти скот и заниматься земледелием. Я полагаю, что  президент Туркменбаши Сапармурат Ниязов оценит научный подвиг туркменских историков в ближайшее время. Когда некоторые современные учёные в Туркмении осмелились возразить и заявить о профанации науки, в ответ Туркменбаши просто изгнал их из страны, а чтобы не иметь проблем  в будущем, президент  (и академик по совместительству)  Сапармурат Ниязов недавно  разогнал туркменскую Академию наук.


В настоящее время приоритет туркмен в изобретении колеса, письменности и земледелия, оспаривают северокорейцы, ливийцы, иракцы, китайцы и ещё многие другие. Ещё каких-нибудь семьдесят лет назад, первенство в изобретении колеса и других основных научно-технических достижений Древнего Мира приписывали себе итальянцы, немцы, венгры, ирландцы и прочие. Нет ни одного фашистского режима, который бы не лелеял мифы о превосходстве и исключительности. Большинству людей приятно сознавать  этическую, эстетическую, религиозную или какую-либо ещё безусловную собственную исключительную ценность в этом мире.


Впечатляющая эстетика фашизма, привлекающая молодёжь, основана также на традиционализме. Фашистская революционная эстетика бунта, молодости, революции на самом деле направлена на контрреволюционное подавление всякой свободы и установления авторитарной диктатуры. Это ещё один парадокс фашизма, когда декларируемые цели, провозглашаемые лозунги и фашистская эстетика служат прямо противоположным реальным целям, к которым стремятся фашисты.


Целью и смыслом этой эстетики является пропаганда  методов государственного управления и идеологии, взятой на вооружение фашистами. Фашисты прекрасно понимают, что через искусство, литературу и спорт легче всего формировать мировоззрение. При этом, гораздо проще и понятнее донести до большинства граждан свои идеи, используя наиболее простые для восприятия и понимания необразованной толпой художественные формы и образы. Именно поэтому, фашистская эстетика базируется на лёгких для восприятия   вещах, на простых (иногда даже примитивных) геометрических формах, чаще всего устремлённых вверх, на контрастных сочетаниях цвета и света.


В архитектуре - это кубы, параллелепипеды и пр., склонность к гигантомании. Достаточно посмотреть на творения отца нацистской эстетики Шпеера или монументальные творения советских архитекторов Иофана и Чечулина, дворцы и статуи Туркменбаши  в Туркменистане, чтобы составить представления об имперском фашистском стиле. Гигантские сооружения, олицетворявшие фашистскую идею,  должны были сделать эту идею более весомой в глазах обывателя. За основу берутся, как правило, гигантские  исторические сооружения строгих и простых классических форм. От храмов Луксора и пирамид Долины Царей, до мавзолеев Августа и Адриана, императорских дворцов и цирков Римской Империи. У обывателя должно создаваться ощущение происхождения фашистского государства от старой многовековой могучей империи и уверенность в незыблемости устоев фашистского государства. Если Третий Рейх, то обязательно тысячелетний, если Советский Союз, то непременно вечное и общемировое (в перспективе - единственное) государство рабочих и крестьян, которое будет существовать до скончания времён. Отсюда и склонность к традиционализму и гигантизму в архитектуре.


Примечательно, что идея возврата к народной архитектуре появилась в нацистской Германии через месяц после прихода НСДАП к власти, а в СССР через полгода после переворота 1917 года, в то время, когда ещё ни о каком строительстве и речи не могло быть, страна была охвачена гражданской войной. Но уже в 1924 году началось масштабное "возрождение традиций" в архитектуре. Так В.С. Карпович пишет: "Мы должны найти новые пути, создать новое зодчество и для этого нужно вернуться к эпохе, когда создавался сам народ. Карпович в качестве стандартного образца нового советского строительства предлагал взять северное деревянное шатровое зодчество XVI века. Если бы не имперские идеи захвата всего мира, посредством разжигания глобального пожара  мировой революции, если бы не сталинский ампир, возможно мы бы увидели совершенно другую советскую архитектуру. Но в любом случае, она бы основывалась на традиции, как и сталинский стиль. 


В музыке - преобладание над гармонией мелодии примитивных возбуждающих ритмов, хорошо знакомых национальных мелодий. Музыка должна отражать одновременно единство граждан под руководством фашистов и освобождающуюся народную энергию, силу духа и массовую готовность пожертвовать жизнью за фашистскую идею. Именно поэтому популярны военные марши с побудительными воинственными текстами и грустные "народные" песни о несчастной родине, которую обязательно нужно спасать от врагов.


В фашистской эстетике важное значение придаётся символическому собирательному образу фашистов и их сторонников. Уничтожается всякая индивидуализация, люди изображаются не как отдельные личности, а как некая однородная масса. Для достижения этого эффекта используется массовая хореография, хоровое пение, уличные демонстрации и шествия сторонников фашистов, представления физкультурников, при этом подчёркивается огромная сила этой массы и атлетизм отдельных, составляющих массу человеческих единиц. Отсюда происходят шествия с хоругвями черносотенцев, факельные шествия нацистов и первомайские демонстрации советских граждан. Это то же дань традиционализму.


Незамысловатая контрастная графика используется пропагандистами в газетах, в плакатах. Фашисты в графических образах изображаются яркими жизнерадостными красками, а если в одном изображении вместе с фашистами присутствуют их враги, то последние выполнены в тёмных мрачных тонах. Часто используется традиционный  мифологический приём - враги изображаются в виде хищных зверей, сказочных злобных существ, воплощения дьявола, образа смерти и пр. При этом, непременно создаются аллюзии на уже известных персонажей, на известные мифы и литературные источники. Все упрощается до примитивности, чтобы мысль, которую пытаются донести фашисты, дошла даже до самого умственно деградировавшего маргинального субъекта в стране. Проще вызвать сочувствие образом страдающего Христа, а ненависть поедающим человеческую плоть троллем, чем рассуждениями о экономических и политических категориях, непонятных большинству голосующих на выборах граждан. Фашистам нужно вызвать отношение к врагам, как к нелюдям, которые не достойны жалости. Лучше всего работает приравнивание современных врагов к уже ранее побеждённым врагам из героического прошлого. Этим убивается сразу два "зайца" - оправдывается воинственное и беспощадное отношение к врагу, т.к. враг демонизируется и культивируется оптимизм, убеждённость в исторически обусловленной неизбежной победе над врагом. В этом случае, фашисты также вынуждены вспомнить мифы, народное творчество, традиционную культуру.


В кинематографе сочетаются сразу все основные стили фашистской эстетики, от музыки и архитектуры, до одежды кинематографических героев и новояза, на котором они общаются в кадре. В фильмах присутствует символизм, героическая фашистская патетика. Наиболее яркими представителями фашистского кинематографа, по моему мнению, являются Лени Рифеншталь и Сергей Эйзенштейн. Усилиями государственных кинематографистов экранизируются исторические мифы о далёком "золотом веке" и славном героическом прошлом.


В основе фашистской эстетики лежат: культ молодости и силы, смерти и красоты. Центральное место занимает героическая смерть за фашистскую идею. По мнению фашистов, есть только один самый важный для каждого человека поступок, который намного дороже даже человеческой жизни -  это героическая смерть.  Воспевание человеческого тела, спорта и физического труда, происходит от древнего языческого страха перед природой, животного первобытного страха, инстинктивно таящегося в укромных уголках подсознания в каждом из нас с древнейших времён.  Красота в фашистской эстетике — это часто древняя демоническая сила, являющаяся, согласно древним мифам, движущей силой природы и связанная с подсознательным восприятием окружающего мира. Фашистская эстетика существует вне современно сферы морали и этики, она соприкасается с народными мифами и легендами, эзотерическим древним знанием,  с потусторонними силами. Поэтому в эстетике так много чётких линий, контрастных цветов, много чёрного.


Из традиции фашистскими идеологами создаётся новая, яркая, эффектная синтетическая эстетика, презирающая логику с этикой, рассчитанная  исключительно на эмоциональное подсознательное восприятие. Лаконичные эмоциональные лозунги, облечённые в строгие геометрические формы в контрастных цветах с портретами вождя, факельные шествия, строгая  форма военного образца для гражданских служащих, военные марши, радостные песни с примитивной мелодией и чётким ритмическим рисунком - все это легко воспринимается людьми на эмоциональном уровне.


Скульптуры Арно Брекера, Йозефа Торака и Веры Мухиной - образцы так называемого "классического фашистского искусства". Скульптуры изображали "нового совершенного человека". Наглядное пособие для воспитания из подрастающего поколения мужественных, сильных и преданных фашистов, символы, предназначенные для подражания простыми обывателями.


Для разработки нацистской военной формы вермахта и формы СС  гитлеровцами был привлечён известный кутюрье  Хьюго Босс.  Для нацистов красота их парадной формы была не менее важна, чем танки и самолёты. Внешний вид членов партии также не остался без внимания и в фашистской Италии. Не случайно, Муссолини причисляет такую утилитарную вещь, как чёрная рубашка к базовым ценностям итальянского фашизма. По мнению Муссолини, чёрный цвет — это цвет страха и цвет смерти.


Для гитлеровцев трудились талантливые скульпторы Арно Брекер и Йозеф Торак, архитекторы Пауль Троост, Людвиг Руфф, Альберт Шпеер и Герман Гислер. Во славу Третьего Рейха выступал Герберт фон Караян и пела Элизабет Шварцкопф, снималась в кино Марика Рёкк. Нацисты платили им огромные гонорары и всячески оберегали их, как народное достояние. Эти деятели культуры, поддерживавшие нацизм, были немногочисленны, буквально, на вес золота, т.к. подавляющее большинство интеллигенции, включая известных учёных, художников, музыкантов и др., были вынуждены уехать из Германии  сразу после прихода к власти партии Гитлера.


Все без исключения фашистские диктаторы признавали сильное воздействие на эмоции людей правильно подобранных визуальных образов и музыкального сопровождения для пропагандистских текстов. Для того, чтобы понять о чем идёт речь и получить представление о пропагандистских методах воздействия фашистов на массовое сознание, настойчиво рекомендую посмотреть фильм Лени Рифеншталь "Триумф воли". Это чрезвычайно дорогой по тем временам, пропагандистский нацистский фильм. Он был создан по личному приказу Гитлера, на деньги партии. Даже название фильму дал сам Гитлер. В этом фильме показан съезд нацистской партии в 1934 году в Нюрнберге. Несмотря на то, что после окончания Второй мировой войны авторы фильма утверждали о том, что это документальный фильм о Германии 1934 года, это неправда. Это чисто пропагандистский фильм, наглядно показывающий эстетику нацизма с её маршами, публичными выступлениями и главное - с типичным для фашизма резонансным возбуждением толпы. Этот фильм долгие годы был запрещён в СССР, но сейчас купить кассету с этим фильмом не составляет проблемы.


Итальянские фашисты в основу своей эстетики положили стиль Римской Империи  времён её расцвета. Иногда что-то просто копировалось, а иногда изменялось, переделывалось на современный лад. Нацисты соединили имперский стиль Древнего Рима с традиционной древненемецкой и древнескандинавской культурой.


Знаменитый взмах правой руки, введённый Муссолини в качестве приветствия среди итальянских фашистов, не что иное как приветствие военных в Древнем Риме. Это в античном мире был аналог нынешнего военного приветствия в виде прикладывания правой руки к козырьку фуражки или нижнему краю головного убора. Римский салют, который ассоциируется сейчас, исключительно с фашистской Италией и нацистской Германией был очень распространён во многих странах до начала Второй мировой войны. Этот жест был официальным приветствием во многих странах Европы и даже в обеих Америках, где в США назывался полвека "салютом Беллами". До нацистов коммунисты Германии в 20-х годах ввели в обращение приветствие "Рот Фронт" - поднятая полусогнутая правая рука с повёрнутым от себя сжатым кулаком. Это уже древнегерманское  воинское приветствие - поднятая вверх полусогнутая правая рука, держащая копье или меч. У коммунистов  вместо меча был молот или колосья пшеницы. Из этого примера видно, что ничего нового ни коммунисты, ни нацисты, ни итальянские фашисты не придумали. Как известно, символы должны быть легко узнаваемы толпой, воспроизводить у людей строго определённые ассоциации и эмоциональную реакцию, вызывать резонансное возбуждение толпы, ликование.


Ещё один признак фашизма —  склонность к "новоязу", т.е. к примитивизации языка, лишению его выразительных средств. От упрощения орфографии и пунктуации, до максимально возможной кастрации лексики. Человеческое мышление напрямую связано  со словами и образами. У большинства людей словесная форма преобладает, т.е. основу мышления составляет язык, а зрительные образы, запахи, вкусовые и осязательные ощущения играют второстепенную роль. Лишь небольшая часть людей обладает, преимущественно, образным мышлением, это когда зрительное образы и ощущения преобладают над языковыми формулами.


Ясная мысль всегда напрямую выражена в сознании чёткой словесной формулировкой. Богатство языка, возможность воспринимать чужие мысли через чужую речь и текст расширяет границы познания, даёт возможность выйти за пределы непосредственного опыта ощущений и восприятия. Чем богаче язык, тем больше возможности у человека для критического мышления. В чужих словах содержатся незнакомые идеи, опыт, в текстах содержатся научные знания, культура, историческая память народа. Несомненно, культура слова служит  неразрывной связью между поколениями, отстоящими друг от друга на сотни лет, а то и на тысячелетия.


Язык – явление социальное, не существующее без общения с другими людьми. Чем примитивнее язык, тем примитивнее общество, чем хуже человек владеет языком, тем на более низкой ступени своего интеллектуального и культурного развития он находится. Понимая это, фашисты упрощением языка стараются искусственно ограничить возможности людей для критического анализа, самостоятельного мышления, свободного от фашистской пропаганды.


Лозунг итальянских фашистов "Abajo intelligenсia!" (Долой интеллигенцию!), повторенный нацистами, испанскими фалангистами и десятками других фашистских движений в 20 веке - яркий признак фашизма. Именно интеллигенция является абсолютным врагом фашизма внутри страны, т.к. именно она является основным проповедником гуманизма, т.е. явления, люто ненавидимого фашистами на физиологическом, инстинктивном уровне. И поэтому именно против интеллигенции,  в первую очередь, направлена ненависть фашистов. Именно интеллигенцию стараются подвергнуть остракизму или физически уничтожить.


Фашистское общество проходит со временем все соответствующие стадии усвоения, впитывания "традиционной культуры", в том числе, серьёзное массовое увлечение древними мистицизмом и магией. В массовом сознании оккультизм вытесняет науку, а эзотерика - культуру.  Постепенно важное место в фашистском традиционализме занимают религии и мистические учения.


Многие фашистские режимы носили откровенно клерикальный характер, даже несмотря на то, что до прихода к власти фашисты могли декларировать свою прогрессивность и даже провозглашать атеистические лозунги. Так, например, это было в Италии при Муссолини. Между фашистами и католической церковью в 1929 году были подписаны Латеранские соглашения, согласно которым католицизм признавался единственной официальной религией фашистской Италии.  Результатом сотрудничества фашистов и церкви стало создание целого церковного государства - Ватикана. Как бы не отмалчивался Святой Престол по этому неприятному для него вопросу, но без итальянских фашистов попросту не было бы Ватикана.


При Муссолини оскорбление Папы Римского стало уголовным преступлением, а сама церковь  получила огромное значение в общественной и политической жизни Италии. В ответ, церковь поддерживала фашистов и призывала итальянцев голосовать за фашистов на выборах.


Почти сразу после прихода к власти Гитлер официально запретил атеистические организации и организовал "движение против безбожников". С нацистами активно сотрудничали мусульмане, буддисты, зороастрийцы и пр. религиозные организации Германии.  Муфтий Иерусалима Мохаммад Амин аль-Хусейни был частым гостем у Гитлера, а самого фюрера муфтий провозгласил защитником ислама.


Т.к. при помощи подконтрольной церкви фашистам проще управлять населением, то на оккупированных территориях немецкие национал-социалисты всячески поддерживали главенствующую на этой территории религию. Во Франции и Бельгии нацисты оказывали поддержку католической церкви, в Дании и Прибалтике - протестантской. Гитлеровцам было выгодно существование единой православной церкви в России, Белоруссии и на Украине.


Фашисты оказывают содействие доминирующей религиозной организации в уничтожении иных небольших религиозных организаций, составляющих конкуренцию на данной территории. При Гитлере в Германии были уничтожены все "сектантские", по мнению нацистов, религиозные организации. Были закрыты их церкви, священнослужители были сразу же уничтожены, либо отправились в концлагерь. Репрессии касались часто и простых верующих. Больше всех от нацистов пострадали адепты церкви Свидетелей Иеговы. Тысячи верующих были умерщвлены, либо прошли через концлагеря,  где многие из них умерли от голода и болезней. Сотни верующих пацифистов из числа представителей церкви Свидетелей Иеговы были  казнены из-за отказа брать в руки оружие и воевать на стороне нацистов.


На оккупированных территориях в СССР были отремонтированы и открыты для богослужения  тысячи храмов. Храмы восстанавливались, как правило, по инициативе населения, но часто это происходило по инициативе оккупационных властей. Всего  на территории России, Украины и Белоруссии немцами было восстановлено более 10 000 церквей и храмов, т.е. было восстановлено около половины от того количества, которое существовало в Российской Империи до 1917 года.


Такое же, самое тёплое отношение фашистов к церкви наблюдалось в первой трети 20 века в Австрии, Испании, Венгрии, Португалии, Румынии.


Чтобы доказать, что традиционализм является неотъемлемой чертой любого вида фашизма, я хочу привести пример, наиболее ярко иллюстрирующий справедливость этого тезиса. Этим примером является СССР. Коммунисты, отвергая все старое, от мелочей до основ социальной жизни, от алфавита до религии, провозглашая себя самым прогрессивным течением, как только взяли на вооружение фашистские методы удержания власти, все равно пришли к традиционализму.


В первые годы советской власти в ходу был футуризм и символизм в искусстве, воинствующее отрицание религии, отказ от частной собственности, непризнание института семьи и брака, пропаганда свободной любви, новояз, отказ от всего национального и насаждение радикального интернационализма. Разрушалось все, что хоть как-то ассоциировалось с национальными традициями русского народа, порядками, существовавшими ранее в Российской Империи. Большевики решили создать новый народ. Уничтожались даже все материальные объекты, которые хоть как-то напоминали о национальных традициях или о старом режиме. Так почему же, всего через несколько лет после захвата власти обратились к традиционализму?


Захватив власть её нужно ещё и удержать. Невозможно вечно находиться в состоянии гражданской войны. Управлять обществом проще и эффективнее с помощью фашистских методов, используя мощную государственную пропаганду для одурачивания фанатиков и вселяя животный страх в несогласных, с помощью государственного репрессивного аппарата.


После исчерпания чисто силовых методов управления и благополучно реализовав либерализацию политической и экономической жизни (см. НЭП 1921-1927), большевики стали искать удобные, в рамках своей марксистко-ленинской политической модели, принципы и методы управления. К 1921 году в Европе и Америке стали популярны фашистские идеи. После прихода к власти в Италии Муссолини, фашистские партии стали появляться как грибы после дождя по всей Европе. Больше сотни  различных фашистских организаций и партий во всем мире. В Китае даже возникла русская фашистская партия (существовали ещё и другие немногочисленные русские фашистские организации). Фашизм был крайне популярен во всем мире. Его методы копировали даже многие либеральные правительства. Например, правительство Рузвельта применяло откровенно фашистские методы для борьбы с последствиями экономического кризиса 1929-1939 г и возникшим вследствие этого политическим кризисом. Не удержались от соблазна и большевики. Они начали строить новое государство рабочих и крестьян, используя уже проверенные в других странах способы.


Кто утверждает, что в СССР все держалось исключительно на страхе, по моему скромному мнению, либо идиот, либо провокатор. Страх конечно имел существенное значение во внутренней  государственной политике, но всё-таки решающую роль играл фанатизм советских людей. Именно советская пропаганда была самым мощным оружием сталинского режима, а не НКВД.


То же самое касается и гитлеровской Германии. Все ещё можно найти людей, которые желая оправдать безответственное поведение немецкого народа в годы правления Гитлера, отрицают вину немцев в том, что с ними впоследствии случилось. Вина за гитлеризм, по мему мнению, лежит на всем немецком народе, равно как и в сталинизме виноват русский народ. Но вина эта не в злом умысле, а в невежестве и недальновидности. СССР мог пойти не путём фашисткой сталинской диктатуры, а иным, так называемым ленинским путём (который точно не указывал дорогу к фашизму). Куда пришли бы советские люди неизвестно, но вряд ли под руководством большевиков могли прийти в светлое будущее. Скорее всего, пришли бы к другому кошмару и я сомневаюсь, что он был бы менее кровавым, чем сталинский.


Провозглашая прогрессивные идеи, большевики тем не менее очень быстро вернулись к традиционному социальному устройству, которое было в Российской Империи. Об этом написано множество монографий, издано большое количество популярных книг. Сейчас практически никто из историков не отрицает перехода СССР к традиционализму, вопреки марксистской теории развития общества.  Причина в том, что марксистское учение предполагает разумное поведение классов, преследующая свои классовые интересы, т.е. без учёта эмоциональной, по своей сути иррациональной составляющей в поведении людей.


В СССР в политике и экономике уже к 1935 году стали преобладать чисто фашистские методы, сочетающие эффективную пропаганду и сильный репрессивный аппарат. В результате появился культ народных героев, эксплуатирующих  совершенно различные по содержанию мифологизированные образы, от Александра Невского и Дмитрия Донского, до Степана Разина и Емельяна Пугачёва. Появились мифы о Гражданской войне и её героях, а когда наступила очередь индустриализации, появились  Стаханов и Изотов.


При Сталине массово стали создавать коллективные самоуправляемые хозяйственные организации - кооперативы, артели, колхозы. Силой насаждался коллективизм, который советская пропаганда преподносила как естественное состояние русского крестьянина, веками жившего в традиционной крестьянской общине. Лишь при Хрущеве начался обратный процесс детрадиционализации. Церкви стали закрывать, колхозы превращали в совхозы, проводилось огосударствление коллективной собственности, культура избавилась от излишнего давления цензуры (в результате родился целый пласт уникальной советской культуры шестидесятников), наука и идеология развелись, к обоюдной радости обеих.


Сталин ассоциировал себя с Петром Великим (великий реформатор) и Иваном Грозным (собиратель и защитник русских земель). Иосиф Виссарионович самостоятельно возложил на себя роль "отца народа", по сути императора, который основывает свой авторитет не на праве династического наследования, а на фанатичной любви толпы. Соответственно, советская культура стала тяготеть к имперскому стилю и новореализму.


В СССР при Сталине издавались книги, ставились фильмы, прославляющие отдельные эпизоды российской истории. Точнее сказать, придумывались исторические мифы, на основе которых строилась советская историческая наука и создавалась советская культура. Появился социалистический реализм, как основной стиль. Отклонения в искусстве, литературе от официального канона каралось, как предательство. За отклонение от стандарта можно было запросто получить тюремный срок.


Факт перехода в сталинском СССР к традиционализму подтверждает не только соцреализм в литературе и искусстве. В качестве иллюстрации можно привести имперский стиль в советской архитектуре, копирующий здания Римской Империи. Во Франции это называлось "Наполеоновский стиль" или именовалось просто Имперским стилем (style Empire, Ампир), в России его называли Александровским стилем, в Третьем Рейхе - именовали Немецким неоклассицизмом, в Японии - стилем Мэйдзи и т.д.


Бюрократический класс, будучи полностью оторванным от основной массы советских граждан, жил по законам империи и впитывал в себя имперский дух, копируя российский имперский стиль в вещах, интерьерах и пр., даже в мелочах. Достаточно посмотреть на выставках или в антикварных магазина вещи той эпохи.


Остальные советские граждане  стали копировать народные обычаи и особенности крестьянского и мещанского  быта, существовавшие в  царской России, вкладывая  в них новый смысл, соответствовавший новой идеологии и насаждаемый советской пропагандой. При Сталине место веры в Бога, почитание царя и отечества заняли вера в социализм, преклонение перед вождём и стремление к мировому господству (мировой революции). 


Вошли в моду псевдорусские наряды, орнаменты 19-века, к слову сказать, то же имеющие мало отношения к русской культуре, т.к. они были рождене потугами славянофилов в прошлом веке. Появились псевдорусские мотивы в малых формах архитектуры, традиционная деревянная резьба, особенно в деревнях и сёлах.  В армии вернули старые воинские звания, погоны. Вернули форму государственных служащих.


Новый год впитал в себя основные и легко узнаваемые рождественские атрибуты, а рождественская ёлка стала новогодней. Масленица превратилась в советские проводы зимы, при этом дата менялась каждый год, в зависимости от даты празднования Пасхи. Вот так все постепенно в СССР стало походить на Российскую Империю. Аристократия пьёт шампанское в колонных залах под оркестр, отмечая непонятно откуда взявшийся "народный" праздник "Проводы Русской зимы", а остальные отмечают русскую масленицу народными уличными гуляниями, закусывая водку блинами. Для сталинской правящей бюрократии - коньяк, рояль и ампир, для остального русского народа - водка, гармонь и грязный сортир. Уже никого не удивляли лубочные юмористические журналы, издаваемые огромными тиражами русские народные сказки, сарафаны, кокошники, русский хор, знаменитый на весь мир русский балет, воссозданный в лучших традициях николаевской России и т.п.


В национальных республиках, входящих в состав СССР, точно также создавались псевдонациональные традиции. На основе реально существовавших веками обычаев, народных литературных и устных произведений, народной музыки и художественных промыслов создавалась идеологически "правильная" новая советская национальная культура каждого отдельно взятого братского советского народа. Когда начинаешь внимательно вникать в этот сложный процесс, то поражает масштаб проделанной работы, аккуратность и детальность идеологической переработки каждого элемента создаваемых синтетических  "традиционных культур"  народов СССР. 


Когда стало особенно тяжело, во время Великой Отечественной войны, Сталин вернул к жизни Православную церковь, церковные праздники, дублируя их в виде советских суррогатов, были разрешены многие народные обряды, в обмен на прямое сотрудничество деятелей РПЦ с советскими органами и поддержку Красной Армии (см. обращение к верующим Патриаршего Местоблюстителя митрополита Сергия от 22 июня 1941 года). РПЦ позволили снова издавать свой печатный орган — Журнал Московской Патриархии, запрещённый ранее в 1935 году. Русская православная церковь организовала сбор денежных средств в Фонд обороны и Красный Крест, сбор одежды и продовольствия в приходах, сбор средств на постройку самолётов, танков. Целиком на средства верующих была создана танковая колонна имени Дмитрия Донского.


При всем уважении в Советском Союзе к национальным особенностям иных народов, русский народ при Сталине снова стал имперским, титульной нацией. Он снова великий и непобедимый. "Патриоты" лишь сменили флаги Союза Михаила Архангела на красное полотнище со звездой, с серпом и молотом.  Отсюда происходит национализм современных сталинистов, кажущийся на первый взгляд нелепым, учитывая интернациональный характер коммунистической  идеологии.


При очевидной несовместимости фашизма с прогрессом, бредовости силового насаждения в науку идеологии, повсеместного насаждения фашистской культуры, в обществе не только полностью отсутствует какое-либо интеллектуальное сопротивление, но наоборот, присутствует некий энтузиазм. В науке и культуре присутствует дух карьеризма, стремление за счёт несложных политических интриг  получить преимущество, то, что фашисты цинично называют политической конкуренцией в интеллектуальной среде. Этакий дарвинизм, где побеждают не самые лучшие, а самые приспособляемые. Такое развитие не по Ламарку, а по Дарвину и есть суть всех происходящих процессов в научных и культурных организациях, органах государственной власти и управления в любых авторитарных, в том числе, и в фашистских государствах.


Интеллектуалы, как правило, намного хуже поддаются манипуляциям, чем остальные граждане, в любой стране, независимо от расы, национальности, культурных традиций. Но в фашистском государстве перед мощным давлением общественного мнения и цензуры, даже самые свободомыслящие и прогрессивные интеллектуалы становятся конформистами, просто из чувства самосохранения. В результате, при взгляде со стороны складывается обманчивое ощущение единства общества в фашистском государстве, когда интеллектуальная элита солидарна с остальными, включая малообразованных люмпенов и маргиналов. Абсолютное единомыслие, в том числе, по вопросам внутренней и внешней политики фашистского режима, в области образования, культуры, науки и пр.


Т. к. объем понятия "традиция", практически, равен объёму понятия "культура" и любые идеи, культурные объекты, художественные стили, нормы, ценности, обряды, обычаи и пр. оказывают сильное побудительное воздействие на поведение людей, то требование фашистов о сохранении культурных традиций распространяется на всю культуру целиком.


После того, как нацисты пришли к власти в Германии, буквально в этот же год,  была создана Имперская палата культуры, которую возглавил  министр пропаганды Йозеф Геббельс. В состав палаты вошли семь подразделений: соответственно, кинематограф, газеты, радио, театр, литература, музыка, изобразительное искусство.


В СССР право на любое творчество имели лишь члены соответствующих профессиональных союзов, находящихся под патронажем коммунистической партии и подконтрольных органам госбезопасности. Практически во всех отраслях науки и культуры, иной творческой деятельности существовали подобные организации: союзы писателей, композиторов, художников, журналистов, отраслевые научные организации и т.п.


Идеологизация нередко затрагивает науку. Гонениям подвергаются  научные направления и даже целые научные дисциплины, не соответствующие "традиционному духу" и устаревшим догмам. Пропагандистами восхваляются одни научные отрасли и отрицаются другие. В Третьем Рейхе, к примеру, появились понятия немецкой физики и  немецкой химии, а в сталинском СССР генетику и кибернетику называли буржуазными науками. 


Первой причиной упадка науки при фашистском режиме является то, что право осуществлять надзор за наукой часто получают малообразованные партаппаратчики, нередко выходцы из самых низов. У этих начальников ненависть к умным и образованным воспитана с детства, свою обиду, весь комплекс своей неполноценности они компенсируют старательным искоренением во вверенных их контролю научных организациях интеллектуальности, свободомыслия, новаторства.


Если естественные науки, ввиду независимости от идеологии воинствующего традиционализма основных дисциплин - математики, физики и химии, страдают в меньшей степени, то гуманитарные науки подвергаются либо идеологической кастрации, либо в  самом худшем случае - полному уничтожению. Фашисты первым делом принимаются пересматривать и переписывать историю, для придания ей политической цели. Целью же провозглашается воспитание патриотических чувств на героических исторических примерах. Следующей жертвой на алтарь традиционализма кладут экономическую науку. При фашизме, основанном на националистической идеологии,  под ножом безграмотного "научного цензора" оказываются биология, археология, антропология. И так, практически, по всем отраслям.


Второй причиной упадка науки является кадровая политика. Для фашиста главное в учёном - его лояльность режиму. В результате должности получают не наиболее способные к руководству  научными коллективами, а члены партии или наиболее видные активисты. Допуск к работе получают не самые умные и талантливые , а сторонники режима.


Третья причина - неправильная расстановка приоритетов в финансировании научных работ и научно-технических разработок. После прихода фашистов к власти, как правило, полностью прекращается финансирование фундаментальных исследований и необоснованно увеличивается финансирование прикладных отраслей, связанных с разведкой, обороной и безопасностью. В условиях замкнутости, а нередко и секретности, прикладные отрасли в отрыве от фундаментальной науки начинают быстро отставать.


К примеру, Германия в начале века была страной с самой развитой наукой. В Германии жили наибольшее количество нобелевских лауреатов, многие из которых были вынуждены покинуть страну после прихода Гитлера к власти. Расовый отбор специалистов ещё больше усугубил положение учёных. В результате очистки немецкой науки от "еврейского влияния", появилась "арийская физика", "арийская химия" и "арийская биология". Наука в Германии пришла в упадок.


Несведущие приписывают прогресс в технике Третьего Рейха в актив нацистов. Это несправедливо. Весь технический прогресс - результат "научной инерции", т.е. багажа знаний и практического опыта научных специалистов, который был наработан ещё до прихода нацистов к власти. Далее все становилось хуже и хуже. Приоритетными стали не базисные для остальных научных отраслей математика, физика и химия, а древние, т.е. "традиционные" нумерология, астрология, парапсихология и френология. На основе этих древних "знаний" возник целый пласт псевдонаучных дисциплин, таких как расовое учение и евгеника. Школьники "тысячелетнего рейха" лучше знали древнегерманскую мифологию, чем немецкий язык и арифметику.


Немцы в конце 30-х годов делали отличные самолёты, артиллерийские орудия. Были заложены новые направления в области вооружений: тактическое ракетное оружие, реактивная авиация, межконтинентальные ракеты A-9/A-10, орбитальный бомбардировщик Silbervogel, атомное оружие и ещё около сотни подобных перспективных проектов. Но в конце 1940 года Гитлер издал приказ, согласно которому были свёрнуты все научно-технические разработки по перспективным видам вооружений. Если разработки не могли быть реализованы в конечные изделия в течение года, то они попросту прекращались. Причина была не в нехватке ресурсов, а в недальновидности фашистского руководства.


Иногда отставание в фундаментальных областях и технологиях фашистам удаётся преодолеть путём кражи научных и технических секретов, а также методами обратной разработки, при копировании уже существующих чужих образцов новой техники.


Фашисты признают лишь ту науку, которая даёт немедленный результат. На крайний случай, в ближайшем будущем. Это фундаментальное свойство самой политической системы. Фашизм может быть какое-то время эффективен и даже феноменально эффективен из-за своих возможностей быстрой и масштабной мобилизации людских или материальных ресурсов, но это преимущество на короткой исторической дистанции, он не может быть прогрессивным ни в политике, ни в экономике, ни в науке. Потому, что он так устроен. Фашизм - это путь назад.

1.4. Культ личности и вождизм Править

"Один народ, одно государство, один фюрер" - так в Третьем Рейхе   кратко и ёмко была сформулирована идея единоличной авторитарной власти вождя немецкой нации. В отличии от монархических форм правления или нефашистских диктатур, где единоличная власть монарха или диктатора держалась на военном, полицейском и экономическом принуждении, в типично фашистских государствах основой личной власти является вождизм, основанный в свою очередь, на социальном феномене - культе личности политического лидера.


Культ личности — это обожествление конкретного человека, слепая вера в него. Без фанатичного, истинного,  а не формального поклонения, культ личности невозможен. Этот культ нельзя создать законом, распоряжением, его нельзя навязать насильственными способами.


Культ личности основан на фундаментальных свойствах человеческого сознания и имеет вполне объективные причины для его возникновения в любом человеческом сообществе в определённые моменты его существования. Макс Вебер выделял три вида легитимной власти. Первый вид опирается на авторитет нравов. Этот вид имел место, главным образом, в патриархальном обществе. Второй вид связан с авторитетом определённой личности, обладающей, так называемой харизмой. Третий вид легитимной власти — это подчинение при выполнении установленных правил и норм.


Культ личности лежит в основе второго типа легитимной власти, он характеризуется личной преданностью членов сообщества своему лидеру, основанной на личном доверии к этому лидеру, вызываемым предполагаемым наличием у него каких-либо ценных для этого сообщества качеств. Наличие этих качеств может быть реальным или мнимым. Этими качествами могут быть: религиозное откровение, божественное свойство пророка, устами которого говорит Бог или предсказателя судьбы народа, открытого ему высшими силами, талант военачальника, правителя или судьи,  врождённая или приобретённая с годами мудрость, чувство справедливости, личный героизм и т.п.


Согласно Эриху Фромму, человек по своему происхождению стадное животное и следовать за вожаком, держась в стае своих сородичей,  является его естественным действием. Стремление человека к индивидуальности может в определённых условиях привести его к ощущению своей ничтожности и бессилия. Люди подсознательно ищут среди окружающей их толпы выдающихся из общей массы людей, того, в ком они бы увидели своего спасителя, мудрого царя и талантливого полководца, стараются выделить в своём избраннике выдающиеся черты, которых нет у других. Это проявление стадного чувства поиска защиты у сильного, того, к кому они могли бы проявить свою личную преданность в обмен на решение своих проблем. Главное отличие от другого типа лидеров других типов заключается в том, что харизматический лидер считается способным руководить людьми, именно по этой причине последние подчиняются ему не в силу закона или иного правила, но потому что верят в него, в его исключительные качества. Один из основных законов, по которым существуют высшие животные, лежащий основе зоопсихологии: чем выше интеллект у животного, тем сильнее проявляется индивидуализм, чем он ниже - тем ярче проявляются стадные инстинкты. То же самое правило можно экстраполировать на человека и на человеческое общество.


В отсталых в социальном отношении обществах, где общественные отношения не получили достаточно широкого развития, где право не приобрело универсального характера, где низок уровень самосознания, отсутствует толерантность и политический плюрализм,  в этих странах возникновение, рано или поздно, культа личности неизбежно. Культ личности  вытекает из внутренней природы такого общества. Люди видят не в правовом государстве, не общественных институтах, а в своих вождях гарантию порядка, равенства и справедливости. Свобода и индивидуализм ценятся в таких обществах гораздо ниже, чем вышеприведённая триада. Они верят своим лидерам, наделяют их харизматическими чертами, которые зачастую у них отсутствуют. У тех граждан, у которых имеется ощущение своей персональной ответственности за себя, своих близких, свою страну и свой народ, у кого развито чувство собственного достоинства - там нет  основы для возникновения культа личности.


Темой фашизма, как явления, занимаются, к сожалению, почти одни историки. Психологические аспекты использования культа личности в теории и практике фашизма, по моему мнению, особенно недоисследованы. Мотивировки людей следовать вместе с толпой за вожаком, кроме обычного стадного инстинкта и страха, могут послужить темой для научных исследований политологов, психологов и психиатров.


Иногда человек чувствуя себя нерешительным, благодаря культу вождя, опираясь на него, становится более решительным и смелым, что повышает его в своих глазах и позволяет гордиться собой и своими поступками перед окружающими. Культ личности в этом случае выполняет роль своеобразного психологического костыля, на который опирается сознание неуверенного в себе человека.


В другом случае, нарочитое почитание достоинств лидера и показное преклонение перед ним могут быть обусловлены желанием  сохранить чувство собственного достоинства перед своим окружением. Человеку может быть банально стыдно за свои поступки, за своё малодушие. За свои поступки или своё бездействие он оправдывается перед окружающими некими собственными политическими убеждениями и стремлением подражать конкретной личности, безоговорочно считающейся в обществе авторитетом. Вроде бы как за неблаговидный поступок уже совсем не стыдно, если кто-то "великий и гениальный" сделал то же самое или публично призывал других это делать, в благих, разумеется, целях, на пользу всему обществу. Тут даже можно выставить любую собственную подлость почти что героизмом, мол, видите на какие моральные жертвы я иду во благо родины, партии и вождя, не брезгуя ни чем.


Культ одной личности в социально неразвитых обществах можно заменить лишь культом другой личности. Работает, называемый психологами и психиатрами, принцип замещения (когда у больного одна филия замещается другой, менее опасной или существующая фобия, во время лечения замещается другой фобией, меньше разрушающей психику пациента). Даже если эта новая личность будет более гуманная и более культурная, чем предыдущая, культ все равно останется культом. Развитое демократическое государство требует для своего существование особый тип личности. Для сохранения подлинной демократии  необходимо, чтобы человек не уповал на государство в решении  своих проблем, а стремился приспособится к новым экономическим условиям, искал возможности выхода из сложных жизненных ситуаций, чувствовал персональную ответственность за свои решения. Такая личность никогда не признает моральное, интеллектуальное и культурное превосходство фюрера или пожизненного президента, для такой личности главным оправданием  для политика оставаться у власти — максимальная эффективность управления государством.


Харизматические лидеры, в отличии от ничем не проявивших себя законных лидеров, наследников трона, назначенных выборным органом временных правителей и др., обладают в глазах народа абсолютной мудростью, непогрешимостью, сверхъестественными способностями к предвидению. Часто бывает так, что признанные членами сообщества лидеры не обладают реальной властью, не играют никакой формальной роли в управлении этим сообществом. Это не имеет принципиального значения, т.к. культ не зависит ни от действительных качеств лидера, ни от его возможностей соответствовать харизматичному образу, т.к. культ живёт как бы отдельно от личности. Даже со смертью лидера, культ часто не исчезает, а наоборот, становится только сильнее. После смерти кумира забываются человеческие свойства его личности, его слабости, недостатки и на первый план выходят его идеальные качества, придуманные адептами культа.


Харизматическими лидерами могут быть любые яркие личности. Это могут быть религиозные деятели, политики, писатели, художники, актёры, адвокаты, общественные деятели, правозащитники, судьи и пр. Культ любой личности социально значим, хотя может приводить к различным последствиям. Культ личности Льва Толстого, ниспровергателя истин и проповедника новой праведности, не привёл в начале 20-го века к социальным потрясениям в Российской Империи, а культ личности Сталина обошёлся русскому народу в миллионы загубленных жизней.


Когда харизматичным лидером становится действующий политик, использующий фашистские методы прихода к власти и её последующего удержания, то он неизбежно впадает в искушение использовать свою харизматичность. Такой политик, обязательно использует свою популярность в практических политических целях, пользуясь врождённым конформизмом людей и их привычкой к поклонению. Так возникает вождизм.


Вождизм - метод управления, использующий любой культ личности. Фашистский вождизм - управление поведением людей, с использованием культа личности лидера фашистской партии или главы государства, не принадлежащего формально к фашистской организации (главой государства может быть, например, монарх, активно поддерживаемый фашистами). Чем ярче сама харизматическая личность, тем более агрессивным и опасным может стать культ этой личности.


"Если не Дуче, то кто?" - так звучал тезис о незаменимости вождя, о его исключительности в конкретном историческом контексте. Главным условием вождизма является отсутствие на политическом поле других, даже не равноценных с вождём по значимости, а любых, даже малозначительных политических фигур. Политическое поле полностью очищается фашистами от любых конкурентов, для того, чтобы в массовом сознании не могло родиться никакой альтернативы фигуре фашистского лидера. Он должен быть единственной политически значимой фигурой. Политическая оппозиция, существующая в любом демократическом обществе, в фашистском государстве либо выдавливается за его пределы, маргинализируется в глазах обывателя усилиями пропагандистов, иногда просто физических устраняется. Как правило, фашисты действуют всеми возможными способами зачистки политического пространства.


Для успешного проведения политики вождизма необходимо объединить в сознании людей все три политических части: фигуру фашистского лидера, с фашистской партией и государством. "Говорим Германия, подразумеваем Гитлера, говорим Гитлер, подразумеваем Германию. Не будет Гитлера - не будет Германии, не будет Германии - не будет немецкой нации" - пример отождествления нацистского государства, немецкого народа и его фюрера.


Многоминутные овации во время речи вождя перед съездом партии, портреты его в кабинетах чиновников и партаппаратчиков, конные, пешие и другие памятники главному фашисту, сотни тысяч бюстов и бюстиков в школах, университетах, воинских казармах и билетных кассах пригородных поездов. Вождь везде пристально смотрит на тебя. Вождь должен выделяться на любом фоне, он должен растворяться в мыслях и желаниях народа. Пропагандисты стараются  сделать влияние  образа вождя на общество тотальным, т.е. распространить его значение в любых сферах общественной жизни. Толпа испытывает религиозный экстаз, при появлении на трибуне вождя. Маниакальное обожествление харизматичного правителя, в конце концов, заканчивается массовым психозом и постепенной деградацией государства.


Недавний лидер  Республики Заир Мобуту Сесе Секо Куку Нгбенду ва за Банга, возглавлявший это африканское государство с 1965 года по 1997 год, был официально признан полубогом, носил титул "отца народа". На уличных билбордах и ежедневно на телевидении, в заставке вечерних новостей Мобуту появлялся в виде бога, сидящего на небесах. Сталин - Великий Друг женщин и детей, лучший колхозник, шахтёр и водолаз, выдающийся художник и гениальный скульптор, преобразователь природы, почётный пионер и почётный академик, корифей науки и вообще самый гениальный человек на земле. Чаушеску - то же самое, что Сталин, но ещё дополнительно "Дальновидный гениальный провидец, архитектор и строитель будущего страны и всего мира", "Демиург", "Утренняя звезда", "Святой". Угандийский диктатор Иди Амин приказал считать себя властелином всего живущего, повелителем всех зверей на земле, рыб в море и птиц в небе. И многие граждане его страны, действительно, искренне в это верили. Даже после смерти Амина есть его почитатели, которые говорят о нем, как о воплощении божества в реальном мире и не хотят даже слышать любые возражения, которые могут посеять в их сознании сомнения в божественной сущности бывшего угандийского диктатора.


Ещё в первобытном обществе, в качестве регулирующих общественных норм выступали обычаи и традиции, основным хранителем которых считался вождь племени. Он же являлся гарантом справедливости при рассмотрении споров между соплеменниками, организатором обороны от нападений соседних племён или военачальником при нападении племени на соседей. Роль индивидуального сознания в условиях родо-племенного строя  была крайне незначительна, главным было общественное сознание, которое было ориентировано на вождя племени. Можно сказать, что культ личности имеет корни в сознании людей ещё с доисторических времён.


Сразу после перехода с охоты и собирательства к непосредственному воспроизводству основных продуктов потребления, произошла смена общественного строя, при котором единоличная власть верховного правителя была может быть и не единственно возможной, но наиболее эффективной и поэтому предпочтительной формой власти. В условиях компактного проживания первых земледельцев и неразвитости общественных отношений, на раннем этапе развития человечества, только единоличная власть, основанная на культовом сознании подданных, могла обеспечить порядок и соблюдение существовавших в древних сообществах моральных норм и правил поведения. Это происходило в разное время почти одинаково у всех народов, на всех континентах.


В древности культ, как правило, возникал из осознания одного лишь божественного происхождения правителя, без  возвеличивания его личных качеств. Этого и не требовалось в те далёкие времена. Достаточно было, чтобы подданные верили, что их царь потомок богов, чем меньше простые люди знали о жизни царя, тем лучше. На некоторых правителей древности, было даже запрещено смотреть простолюдинам.


Достоверно существовавшими, самыми древними правителями были фараоны Древнего Египта. Египетские фараоны почитались египтянами, как полубоги, т.к. официально признавались детьми богов. В истории любого народа, населявшего в дохристианскую эпоху компактно ту или иную территорию, государство олицетворяли цари, которые у большинства народов также как и фараоны считались либо потомками богов, либо "помазанниками божьими" и правили от имени и по воле богов. Всегда в древности власть правителя подкреплялась его культом. Иногда попытки создания культа были успешными, иногда не очень. Во многих исторических примерах можно проследить все этапы создания культа правителя, от его возникновения, развития и иногда развенчания. Очень иллюстративным, в этом отношении, является культ Атона, единого бога солнца, монотеистический культ, который был введён фараоном Эхнатоном и соответствующий ему религиозный культ самого фараона. Фараон своей реформой фактически официально узаконил не только новую культовую практику в отношении нового бога, но и своё божественное происхождение, фактически отождествив политический статус фараона, как правителя с религиозным статусом фараона, в качестве египетского бога.


Лишь после возникновения в древнем мире государств-городов с демократической системой управления, когда граждане получили право (в некоторых случаях это была даже обязанность) участвовать в управлении государством, возникли методы манипулирования сознанием граждан. Тогда же, в молодых демократиях, на первое место вышли личные качества политических лидеров, а не их происхождение. Правителем мог стать наиболее достойный, по мнению граждан, а не по праву своего рождения.


Несмотря на то, что в ряде исторических примеров, к которым относятся, в том числе, наиболее известные Афинская демократия и Римская республика,  демократия носила правовой характер, т.е.  воля народа ограничивалась законом, решающую роль в принятии политических решений все равно играли демагоги - публичные лидеры отдельных политических группировок, предшественники будущих организованных политических партий. Аргументация демагогов в защиту своих  доводов строилась на популизме, на пустых обещаниях, лести и заискивании перед толпой, обвинениях своих оппонентов в разных грехах, от общественно порицаемой политической безответственности и коррупции, до преступного сговора с врагами. Их политика строилась на  самых низких и отвратительных инстинктах толпы. С течением времени, даже само слово "демагог" приобрело негативную окраску и стало применяться в отношении любого политика-популиста, старающегося создать себе популярность среди народных масс недостойными средствами (извращением фактов, лестью и т. д.), используя эмоциональное воздействие на людей, вместо рациональных рассуждений.


Именно в это время появляется вождизм, очень похожий на  современный. Для примера достаточно взять классический образец древней демократии - Афинское государство. Высшим органом власти в Афинах было народное собрание — экклесия, в котором могли принимать участие все взрослые мужчины, являвшиеся гражданами. В силу того, что все важные решения принимались на общем собрании, граждане, выделявшиеся из основной массы своими ораторскими способностями и даром убеждения, стали играть большую роль в обществе, т.к. могли оказывать влияния на граждан при принятии решений. Народные вожди были очень популярны  в народе и были совершенно различного происхождения, имели различный социальный статус. Через две с половиной тысячи лет до нас дошли имена лидеров древнегреческих политических партий: аристократы  Фукидид и Перикл, торговец лирами Клеофонт, продавец верёвок и канатов Евкрат, торговец овцами Лисикл,  владелец кожевенной мастерской Клеон, торговец лампами Гипербол.  Не всегда во главе партий были выходцы из той среды, от чьего имени выступала эта партия и чьи интересы должна была защищать. Например, пирейская партия всегда поддерживалась ремесленниками и городской беднотой, несмотря на то, что её возглавляли очень богатые люди. Часто выходец из бедных слоёв занимал ведущую роль в партии, защищавшей интересы купцов и аристократов, т.к. уже выше было указано, что главным были не личное богатство или происхождение, а исключительно личные качества. Особо ценились живой ум, хитрость, ораторское искусство, помогающее вызывать эмоции у граждан и способное возбудить толпу.


Основными приёмами манипуляций с массовым сознанием у афинских народных вождей  были: искажение или утаивание от народа важной информации, подмена  рациональной аргументации эмоциональными лозунгами и призывами. Несмотря на наличие суда присяжных (гелиэе) и ареопаг, реального разделения властей в Афинах не было. В государстве отсутствовали какие-либо сдерживающие политические механизмы и возбудив толпу, очередной народный вождь   направлял её туда, куда ему было нужно, с лёгкостью добивался выгодного ему и его партии голосования афинских граждан.


История древних Афин изобилует многочисленными примерами народных революций, и следовавших сразу за ними, тираний. С неумолимой регулярностью происходило то, что впоследствии неоднократно повторялось в других местах и в другое время, в самой Греции, на Востоке, в Римской республике, в древности, в Средние века, Новое время и в новейшей истории. Через  Великую Французскую революцию, закончившуюся диктатурой, и Октябрьский переворот в 1917 в России, закончившийся в итоге жестокой сталинской диктатурой, череду различных революций и военных переворотов 20-го века, прямо к современным КНДР и Туркменистану. Такова последовательность подавляющего большинства народных  революций: недовольство и ворчание граждан сменяется волнениями в народе, которые переходят в открытое противостояние, далее следует революционный террор, возможно даже на какое-то короткое время наступает анархия и в конце установление личной диктатуры народного вождя.


Харизматичность Гая Юлия Цезаря проявилась ещё в молодые годы, когда отпрыск древнейшего знатного патрицианского рода снискал себе славу защитника народа в борьбе с консервативными сенаторами. Начав политическую карьеру военным трибуном, впоследствии Цезарь последовательно занимал все возможные должности в Римской Республики. Римскими законами была установлена определённая последовательность замещения государственных должностей: временные промежутки между исполнением обязанностей в той или иной должности, ограничения на повторное замещение одной и той же должности, ограничение минимального возраста для занятия той или иной должности. Цезарь при поддержке римских граждан постепенно занимал каждый раз все более высокую должность и пользовался такой народной любовью, что он смог пять раз стать консулом (высшая должность в Риме), дважды диктатором и пожизненным великим понтификом.


Почитание римским народом Цезаря, по описаниям его современников, походило на массовый психоз. Происхождение Цезаря граждане вели от самой богини Венеры, его статую поставили среди царских статуй, его изображения соседствовали с изображениями богов, было не счесть числа различных памятников и памятных надписей в Риме, восхваляющих и даже обожествляющих Цезаря.


Стремясь упрочить свой авторитет в армии, Цезарь, по свидетельству Плутарха, жил в палатке как простой солдат, мог запросто заговорить с легионером о тяготах военной службы. Его солдаты в результате отплатили Цезарю верностью, когда он решил опереться на свои легионы в борьбе за власть.  Своим поведением Цезарь явно подражал Александру Македонскому, которого почитал как величайшего правителя и полководца и которому поклонялся. Впоследствии, Наполеон Бонапарт, у которого Цезарь числился в кумирах, впечатлившись воспоминаниями о Цезаре, старался подражать великому римскому полководцу и не менее великому государственному деятелю.   Из-за чего французская гвардия просто обожала Наполеона. Именно исключительная популярность помогла на короткое время вернуться Наполеону к власти в 1815 году (знаменитые 100 дней Наполеона), что было просто невероятно, после катастрофического полного поражения Французской империи и изгнания диктатора после заключения Парижского мира. Цезарь подражал Македонскому, Наполеон - Цезарю, Гитлер - Наполеону. Нынешние "фюреры" вешают у себя над столом портреты Гитлера и Муссолини, поднимают руку в римском салюте, крича "хайль" во славу какого-нибудь русского, польского или еврейского фюрера, забывая при этом, сколько русских, поляков и евреев уничтожил предыдущий "великий гений". Говорят, что история развивается по спирали, странная какая-то спираль. Она не ведёт ни вверх, ни вниз, а больше похожа на бесконечные круговые крутые американские горки, называемые в Америке русскими.


После смерти Цезаря его культ только усилился, приобрёл невиданный размах. После убийства народ бесчинствовал в Риме несколько дней, толпы фанатиков днём и по ночам при свете факелов искали и убивали всех, кто был заподозрен в заговоре. На собранные римскими гражданами деньги возвели на форуме в честь Цезаря  колонну, с надписью "Отцу отечества", бесчисленное количество памятников во всех уголках империи. Жизнь цезаря превратилась в легенду и впоследствии все римские императоры носили титул "Цезарь", некоторые даже "Божественный Цезарь".


Таким образом, методы, используемые современными фашистами, на самом деле очень старые и проверенные временем. Они всегда работают безотказно, если для применения этих методов имеются соответствующие благоприятные условия. Применяются эти методы  в настоящее время и будут использоваться далее.


В разные времена возникновение культа обусловлено схожими  личными качествами лидера, даже если объекты поклонения олицетворяли совершенно разные политические силы. Во Франции был культ императора Наполеона Бонапарта и генерала Де Голля, в России Александра II и Владимира Ленина, в Китае генерала Чан Кайши и создателя КНР Мао Цзэдуна.


Вождя делает толпа, это значит, что у кандидата должно быть развитое чувство общности, он должен понимать, какие лозунги найдут отклик в душе людей.  Его призывы и действия должны совпадать с массовым течением, с настроениями в обществе. Далее нужно найти точку резонанса, когда каждое действие  будет усиливаться многократно, каждый раз все больше и больше, т.е. толпа самостоятельно начнёт возбуждаться от изгиба бровей или взмаха руки вождя и приходить в экстаз от его голоса. Для харизматического политика важно понимать, что он должен создать свой образ, в котором люди увидят воплощение того, кем бы сами хотели стать. Обязателен оптимизм и уверенность в своих силах, вождь должен быть решительным. В его образ входит такое качество, как принципиальность и беспощадность к врагам, но при этом, в реальности он должен уметь легко входить в контакт с соратниками, противниками и вообще любыми людьми, когда это выгодно или этого требует обстановка.  Показная непримиримость и одновременно кулуарная политическая гибкость одинаково необходимы для успешной политической борьбы.


Фашистский вождь, ко всему вышеперечисленному, дополнительно должен ещё понимать, что массы хотят не справедливого правосудия, а жестокого возмездия, желательно, быстрого, без длительных судебных проволочек. Он должен выказывать уважение к труду, показывать заботу о физическом и нравственном здоровье народа, при этом его не должны останавливать жестокость мер по насаждению разумного, доброго и вечного. Нежелающих трудиться можно отправить на принудительные работы, отказников отправить в газовые камеры, женщину, не носящую хиджаб, публично забить камнями, а курящего опиум живьём сварить в масле. Он просто обязан заботиться о будущем нации - о детях, воспитывая в них воинственный патриотизм на основе извращённого понимания истории, вытравливая из них буржуазные понятия о морали, параллельно обучая методам борьбы с инакомыслящими и практическим навыкам обращения с оружием, приёмами рукопашного боя. Знание великой истории народа, книг и речей вождя намного важнее арифметики и правописания. Фашистский лидер должен принять главную государственную идею фашизма о том, что единственный путь общества к прогрессу - это принуждение и насилие, во всех его видах - нравственное, духовное, интеллектуальное, физическое.


С помощью образа идеального правителя фашистам удаётся не только успешно решать проблемы управления, но и смягчать возникающие социальные конфликты и противоречия. Единовластие и единоначалие в государственном аппарате и армии позволяет избежать проволочек при принятии важных решений, при этом победы записываются в актив вождя, а ошибки списываются на счёт нерадивых чиновников, генералов, которые неправильно поняли мудрые мысли гениального и непогрешимого лидера.  В случае возникновения конфликта, вождь всегда находится вне конфликта, он как бы над ним, выполняя роль мудрого судьи. Старый приём "Справедливый и добрый царь не знает, какое зло творят его бояре" работает во все времена. Это справедливо для всех харизматических лидеров, но у фашистских вождей это выглядит более отчётливо и явно. У монарха главное оружие против врагов - преданность вассалов и принадлежащих им войск, президент опирается на  закон, профессионализм полиции и верность присяге солдат его армии, а у фашиста главное оружие - фанатичное поклонение идее, партии и вождю. То, что в демократических странах регулируется законом, гарантируется наличием социальных институтов и мало зависит от правителя, в фашистском государстве целиком зависит от политического курса фашистской партии и воли вождя.


Вот и пишут итальянские рабочие дуче письмо с просьбой защитить их от кровопийцы-капиталиста, а советские колхозники жалуются Сталину на рабский труд в своём колхозе и на бюрократа-председателя. В фашистской Италии, нацистской Германии, финалистской Испании, Советском Союзе, коммунистическом Китае, Венгрии, Болгарии, Уганде, Заире и многих других странах существовал особый литературный жанр - открытое письмо вождю. Пропагандисты писали от всех, не взирая на образование, профессию, пол и возраст. Шли письма от писателей и учёных, от шахтёров и пионеров. До сих пор сохранились отрывочные детские воспоминания о письмах через газету товарищу Брежневу от разных доярок и студенческих коллективов. Позднее этот жанр заменит прямое обращение к вождю при помощи радио и телевидения, где вождь в прямом эфире "творит чудеса", публично решая насущные проблемы своих граждан. Многочисленные, тщательно срежиссированные "общения с народом" можно найти в истории большинства всех фашистских государств второй половины 20 века. От Николау Чаушеску, который больше предпочитал радио, т.к. заикался и монтажёрам проще было исправить его речь именно в звукозаписи, хотя и не забывал про телевидение, до Саддама Хусейна. Телевидение показывала как к Саддаму, запросто гуляющему по улицам Багдада, подходят простые  иракцы и целуют ему руки или его самого, говоря ему спасибо за его дела и жалуясь на свои мелкие проблемы.


Часто фашистская пропаганда, создавая идеальный образ вождя,  апеллирует к ранее существовавшим историческим образам, сопоставляет положительные качества нынешнего лидера с личными качествами других исторически значимых персонажей. При этом, идеологам и пропагандистам приходится ретушировать, поправлять, а то и заново переписывать образы исторических героев. Нередко сами харизматические лидеры сопоставляют себя с этими значимыми историческими фигурами, иногда доходит до примитивного подражания образу.


Советские историки получили в 1932 году политический заказ на поиск в историческом прошлом мотивов оправдания авторитаризма, тоталитаризма и диктатуры партийного лидера в СССР и на создание идеализированного исторического образа вождя. Целями "научного поиска" были интерпретация прошлого в духе постоянной борьбы положительных героев - русских правителей со своим враждебным окружением, для оправдания личной диктатуры народного харизматического лидера и возникающих при этой диктатуре эксцессов. В качестве таких положительных героев историками были выбраны две фигуры царей-деспотов - Ивана IV и Петра I. _


Принижение роли царя Алексея Михайловича в создании мощной русской армии самого богатого и сильного государства в Европе, начала европеизации России и выпячивание роли его сына Петра было выгодно потомкам Петра, имевшим сомнительные права на российский престол. Деятельность Петра Великого в реальности имела как положительные последствия для государства, так и отрицательные. Реформы Петра, начатые, по большей части, ещё при его отце Алексее Михайловиче, не были реализованы при жизни государя, а многие из них после смерти монарха были просто свёрнуты. Длительные войны, которые постоянно вёл Пётр, ввергли страну в разорение, в России, ещё при жизни Петра разразился голод. Был разрушен вековой уклад жизни, экономика лежала в руинах. Пётр был самым ненавистным в народе государем. Тем не менее, страна после его смерти, исключительно благодаря  новаторским идеям государя и деятельности его последователей, получила такое ускорение, прошла такой путь, какой бы при темпах развития имевших место при Алексее Михайловиче, не одолела бы и за сто лет.


Двести последующих лет под скипетром династии Романовых и 74 года советской власти государственная пропаганда рассказывала народу сказки про "счастливые дни Петровы" и "Россию молодую". Для советских идеологов фигура Петра была интересна именно по причине её давней популярности, чему ранее поспособствовали  царские придворные историки. Советским идеологам и пропагандистам не составляло большого труда использовать, созданный ещё двести лет назад, миф о царе-плотнике, для объяснения, на историческом примере, неизбежности  и даже исторической необходимости авторитарного правления гениального советского вождя.


Если прогрессивность Петра возвеличивалась Романовыми по вполне понятным политическим причинам, ещё с 18 века, то зловещая фигура Ивана Грозного была вытащена на свет советскими историками и возведена в пантеон прогрессивных русских самодержцев лишь в первой половине XX века.


Иван Грозный, воспринимавшийся русскими историками до советского периода, исключительно, как злодей, с подачи некоторых придворных сталинских историков явился народу в образе царя-страдальца. Царя, который всю свою жизнь казнил своих врагов и потом каялся в смертных грехах, казнил и каялся, казнил и каялся… Боролся царь с внутренней смутой, с врагами государства, которые отравили его любимую супругу и неоднократно пытались свести самого монарха в могилу. Давил царь всю свою жизнь подлых бояр, готовых растащить Московское государство на феодальные уделы, предать и продать русский народ иноверцам.


В результате упорных усилий советских историков, Сталин сам поверил в правдивость исторических мифов, созданных его идеологами и стал ассоциировать свою персону с Иваном Грозным и с Петром Великим, якобы стремившимися превратить феодальную Россию в централизованное сильное государство. Неизвестно, знал ли он о том, что царь Иван IV оставил после себя разорённую страну и его правление закономерно закончилось после его смерти Великой Смутой, а последствия Петровых реформ лишь по счастливой случайности не закончились очередным кровавым народным бунтом. Народная ненависть к петровским порядкам выплёскивалась ещё пятьдесят лет после смерти самодержца масштабными волнениями в народе (пожалуй, самым известным из которых был Пугачёвский бунт).


Сталин с 1934 года вынашивал идею о создании романа-эпопеи, а впоследствии мечтал о создании масштабного фильма о жизни Ивана IV, но только в 1945 году его идея была реализована. Генеральный секретарь поручил Жданову подобрать сценариста и режиссёра для фильма о прогрессивном русском царе. Создание фильма, после недолгих размышлений, Жданов и председатель Комитета по делам кинематографии при СНК СССР Большаков Иван Григорьевич поручили   советскому режиссёру Сергею Михайловичу Эйзенштейну. Сценарий фильма, написанный С. М. Эйзенштейном, утверждал лично Сталин. По словам самого Эйзенштейна, он создавал фильм о русском ренессансе 16 века, с точки зрения современного советского человека. По сути, фильм Эйзенштейна об Иване Грозном, это апология сильной централизованной власти, где главным достоинством государя является его стремление подчинять исторический процесс своей собственной воле.


Актёр Николай Черкасов, сыгравший в кино и на сцене театра многих обожаемых Сталиным персонажей (Пётр I, Александр Невский, Иван Грозный), вспоминал, что Сталин упрекал Эйзенштейна в том, что тот изобразил в фильме царя Ивана жестоким деспотом и параноиком, в то время как Сталин считал царя мудрым и дальновидным правителем, который защищал свою страну от проникновения иностранного влияния, посвятил свою жизнь благой цели - объединению Руси. Сталин неоднократно подчёркивал огромную положительную роль опричнины, критикуя её лишь за мягкость к врагам. Сталин недоумевал по поводу того, что опричнина не уничтожила остававшиеся пять крупных боярских семейств. По мнению Сталина (дословно): "Их всех нужно было извести под корень, а Грозный, уничтожив одну семью, мучился угрызениями совести целый год, в то время как он должен был действовать намного решительнее".


Гитлер считал себя продолжателем дела Фридрих II Великого, фактического основоположника прусско-германской государственности. Для того, чтобы угодить фюреру и при этом не показать  откровенного лакейства и лизоблюдства, поклонники Гитлера демонстративно восхищались Фридрихом, тем самым, теша  самолюбие Гитлера. Воздвигая статую Фридриха в Третьем Рейхе, немцы фактически ставили очередной прижизненный памятник фюреру.


Нередко подражание диктаторов своим историческим предшественникам принимает гротескную форму. Африканский император-людоед  Бокасса считал себя подобным Наполеону Бонапарту и его приближенные, уловив желание своего правителя, тотчас окружили Императора Центральной Африки многочисленными изображениями Наполеона. Когда ставить статуи Бокассы стало уже негде, чтобы угодить своему вождю, подданные рядом с его статуями, бюстами, стали устанавливать скульптурные изображения Наполеона.  В 1976 году Бокасса объявил, что ЦАР стала конституционной империей и он провозгласил себя "Его Императорское Величество Бокасса Первый, Император Центральной Африки, волей центральноафриканского народа". Коронация Бокассы, которая состоялась 4 декабря 1977 года точно воспроизводила коронацию Наполеона Бонапарта. Для того, чтобы церемония полностью соответствовала коронации Наполеона, кумира Бокассы,  в течение года огромное количество французских учёных-историков, художников и дизайнеров трудилось в поте лица, воспроизводя в деталях интерьеры и костюмы  конца 18 века. В церемонии участвовали конные гвардейцы ЦАИ, на белоснежных французских рысаках, переодетые в мундиры гвардии Наполеона, изготовленные фирмой Пьера Кардена. Этой же фирмой были изготовлены смокинги государственных чиновников и ливреи, прислуживавших на церемонии коронации, лакеев.


Вождизм может возникнуть на основе уже ранее существовавшего культа, возникшего естественным путём или может основываться на искусственно созданном культе политического лидера фашистской партии, главы государства. Например, культ личности Сталина создавался искусственно его сторонниками, при уже существовавших в то время культах большевистских лидеров Ленина и Троцкого, возникших стихийно.


Некоторые историки считают, что культ Сталина насаждался силой, люди публично выражали своё преклонение перед Сталиным, исключительно, из страха. Это не так. Сталин сначала стал "гениальным" и "великим", а потом стал физически уничтожать оппозицию, а не наоборот.  На самом деле, потребность в культе существовала в самом советском обществе, абсолютно социально не развитым. Советское государство не могло существовать без вождя, как не могла существовать без царя Российская Империя.


Благоприятной питательной средой для возникновения в Российской Империи начала 20-го века культа личности, являлись: традиционный патриархальный уклад жизни и подданническая психология русских людей и населяющих империю инородцев, никогда не знавших демократии.  В базисе русской политической  культуры  сотни лет были: вера в справедливого царя и безоговорочное принятие жёсткой иерархической организации всего общества, в качестве единственно возможной жизнеспособной модели существования этого общества (на самом деле, единственно известной подданным империи моделью). Огромная концентрация политической и экономической  власти в руках российского самодержца, полная зависимость крестьян от помещика, чиновника от вышестоящего начальства, купца от полицейского чиновника, помещика от губернатора и пр., систематическая идеологическая обработка населения православной церковью породили в массовом сознании русских веру во всемогущество любого вышестоящего руководителя, страх перед ним, рабскую покорность и угодничество.


Предположу, что российское государство в форме демократической республики просуществовало бы все равно недолго, даже бы если не случилось октябрьского переворота 1917 года. По моему скромному мнению, республика закончила бы свои дни через год-другой после отречения императора Николая II, уступив место военной диктатуре. Политические силы, стремившиеся установить диктатуру в России в 1917 году, были влиятельны и популярны. Да и претендентов на роль военного диктатора России, если вспомнить, было предостаточно, те же, к примеру, чрезвычайно популярные в армии премьер Александр Фёдорович Керенский и военачальник Лавр Георгиевич Корнилов.


Уже в 1926 году оппоненты Сталина, живые ещё в то время, открыто выступали против создания сторонниками Сталина его культа. Сам культ возник ещё в 1925 году, когда к Сталину примкнула часть большевиков, в надежде занять своё место в руководстве партии и страны, до этого занятое старой "ленинской гвардией". Ощущая твёрдую руку и решимость будущего вождя мирового пролетариата в борьбе за власть, сторонники Сталина стали создавать идеализированный образ своего лидера, популяризируя его образ в народе. Сталин был грубоват и прост. Его сторонники старательно подчёркивали эти черты, указывая на близость Сталина к простому народу. Сторонники будущего вождя, слегка иронизируя над его нарочитой простоватостью, противопоставляли его интеллигентам-ленинцам. Сталин принципиально не пользовался охраной, ходил пешком, заходил запросто в различные советские госучреждения, чем вызывал неподдельное удивление сотрудников и посетителей. Об этом часто с восторгом вспоминали старые большевики и советские руководители, успевшие написать о Сталине в своих дневниках и мемуарах ещё до того, как сгинуть в сталинских лагерях.


Окончательно культ личности сформировался усилиями сторонников Сталина к 1929 году, когда начали массово выходить воспоминания о вожде, в которых каждый автор старался приукрасить личность вождя и возвеличить его роль в создании партии большевиков, его участие в октябрьском перевороте 1917 года. Ярким символом полностью сформировавшегося культа явилось празднование в декабре 1929 г., с небывалым для того времени размахом,  50-летия Иосифа Виссарионовича. Из подпольного активиста с криминальным прошлым, партийного функционера, он  к 1931 году  стал первым из многих соратников Ленина, его лучшим другом и товарищем, крупнейшим теоретиком марксизма-ленинизма, выдающимся учёным-марксистом.


После того, как вокруг Сталина полностью сформировался костяк фракции, окружение Сталина захватив власть в партии, принялось сообща, методично год за годом уничтожать своих противников внутри большевистской партии. Историки, излишне демонизирующие Сталина, по моему мнению, просто не понимают, что после захвата власти ему не было необходимости лично участвовать во внутрипартийной борьбе. Достаточно было наблюдать со стороны и ненавязчиво направлять в нужном ему направлении своих сторонников, которые жадно ловили взгляды своего вождя, пытаясь угадать его настроение и скрытые желания. Для уничтожения оппозиции не было необходимости в прямых приказах, достаточно было молчаливого одобрения Генерального секретаря. К Сталину в 1925 году примкнула часть руководителей Красной Армии, во главе с наркомом по военным и морским делам Климентом Ефремовичем Ворошиловым, подкрепив его популярность в партии реальной военной силой. Пытаясь показать свою лояльность вождю, Ворошилов в своей статье "Сталин и Красная Армия" первым приписал Сталину не существовавшие в реальности военные заслуги в гражданской войне. После Ворошилова, соревнуясь в лести и холуйстве друг с другом, то же самое стали делать другие военачальники, руководители советских и партийных органов, наперебой открыто восхваляя Сталина, толкаясь локтями и перекрикивая друг друга, чтобы вождь их заметил.  Отдельные наркомы и командующие войсками доходили до такого откровенного лизоблюдства, что на них уместнее бы смотрелись лакейские ливреи, чем военная форма.


Во власть приходили новые люди и уничтожали своих предшественников, этих уничтожали следующие, стоящие в очереди к вожделенным должностям. Так, естественным для сталинского режима образом происходило регулярное обновление партии и советского руководства. Сталину нужно было лишь обеспечить регулярность ротации руководящих кадров, все остальное новые кадры делали сами, обвиняя предыдущее руководство в предательстве, тем самым обрекая его на смерть, меняя курс страны в угоду вождю, стирая в официальной советской истории любые сведения о своих предшественниках.


В отличие от культа Сталина, культ личности маршала Петена возник ещё задолго до прихода французского маршала к власти. Маршал Петен был необычайно популярен в народе задолго до прихода к власти.


Анри Филипп Петен прославился как герой Первой мировой войны, которую прошёл от начала и до конца, сначала в чине генерала командуя, пехотной бригадой, затем — армейским корпусом, позже - армией. После Верденского сражения (июнь 1915 г. — апрель 1916 г.) командующего 2-й французской армией Петена уже не называли иначе, как "герой Вердена". Авторитет Петена после войны был огромен. Его почитание было искренним. При упоминании имени Петена вставали не только военные, но и гражданские, в том числе, женщины. Выпускали сигареты, конфеты его имени, в честь Петена называли улицы, дамы носили его портреты на платьях. Было настоящее массовое помешательство, культ, переходящий в религиозный экстаз отдельных личностей, неистовство целой толпы.


В июне 1940 года после разгрома вермахтом французских войск, Петен,  возглавил коллаборационистское французское правительство. Маршал получил мандат на управление южной части Франции лично от Гитлера в октябре 1940 года. Петен в своём радиообращении 30 октября 1940 года призвал французов к сотрудничеству с нацистами.  Франция раскололась. Часть французов считали Петена героем, спасшим сотни тысяч молодых мужчин от гибели и увечий. Другая часть, продолжая восхищаться Гитлером, называла Петена сподвижником немецкого фюрера в священной борьбе против анархистов и коммунистов. Третья часть французов объявила Петена предателем своего народа, продавшего свою страну оккупантам в обмен на власть.


Многие французы сотрудничали с немцами не из  принуждения, а по идеологическим мотивам. Вначале не было также и массового сопротивления немецким оккупантам. Сопротивление, конечно же существовало, но оно сначала ограничивалось единичными акциями, группы были немногочисленны, особенно в первые годы оккупации. Ближе к концу войны французское Сопротивление получило серьёзную поддержку антигитлеровской коалиции союзников, после чего  освободительное движение стало расти и расширяться, в него вступало все больше новых членов и в боевые действия вовлекались новые территории, на которых действовали вооружённые группы Сопротивления. Некоторые русские "патриоты" ставят в вину французам их конформизм. Полагаю, что зря. Героизм - явление не массовое, трудно требовать от всех рисковать своей свободой и жизнью ради освобождения своей страны от иноземных захватчиков.


Вся массовость партизанских движений обеспечивается, как правило, действующим законным правительством страны, подвергшейся агрессии, либо правительством в изгнании, при поддержке другого государства. Тем, кто утверждает о том, что русские сражались с нацистами за свою свободу, а французы молча терпели, следует вспомнить, что советские партизанские отряды, в своём подавляющем большинстве (не все разумеется) были воинскими подразделениями или диверсионными группами, хорошо вооружёнными, снабжавшимися всем необходимым. Были воинскими частями югославские партизаны Тито, китайские партизаны Мао Цзедуна. Даже эскадрон гусар Дениса Давыдова был обыкновенным кавалерийским подразделением в Отечественной войне 1812 года, только он действовал не в месте сражений, а в тылу наполеоновской армии.


Как только получили бойцы французского сопротивления продовольствие, оружие, взрывчатку, профессиональных военных инструкторов-диверсантов, оперативные разведданные, координацию и управление, так сразу же закипела вооружённая борьба против немецких оккупационных властей, стали совершаться диверсии на стратегически важных объектах, сбор разведданных. На самом деле,  совсем не просто невооружённому, необученному военным действиям  населению совершить военный переворот и свергнуть фашистский режим. Простой крестьянин, городской чиновник, учитель, парикмахер или почтальон, будучи в меньшинстве, не способны оказать даже небольшого заметного сопротивления государственной машине и полицейской системе фашистского государства, не говоря уже о противодействии армии. Тем более, это невозможно, если большинство граждан поддерживают фашистов.


В фашистском государстве часть населения митингует, восхваляя фашистов, другая часть молча наблюдает, третья часть тайно ненавидит фашистов, но от страха не может, не только активно сопротивляться, но даже и высказывать вслух свои возражения. Лишь малая часть людей способна открыто излагать свои мысли, пренебрегая опасностью быть затравленными толпой, подвергнуться публичному осмеянию и унижению, рискуя своей жизнью и свободой. И во всём этом, в оболванивании воинствующей толпы, во внушении сомневающимся бессмысленности и бесперспективности любого сопротивления режиму, в нагнетании страха, важное значение играет образ вождя. Чем ярче образ лидера, тем сильнее он действует во всех направлениях - от радостного обожествления у одних, до животного страха у других. Причина этого - эффективность фашистской пропаганды напрямую зависит от харизматичной личности вождя. От неординарности этой личности зависит соотношение в обществе активных сторонников фашистов и молчаливых наблюдателей. Чем харизматичнее вождь, тем больше активных сторонников и меньше пассивности среди граждан, уверен, что это не требует доказательств.


Количество активных противников фашизма слабо зависит от личности фашистского лидера. Среди явных противников подавляющее большинство составляют люди, не принимающие  фашизм в принципе, инстинктивно, на эмоциональном уровне, ненавидящие любое ущемление свободы, любое проявление фашизма, в независимости от конкретных личностей, олицетворяющих его в какой-либо конкретной стране, в какое-либо конкретное время. Их количество определяется лишь общим состоянием самого общества, степенью его социальной развитости, уровнем культуры и образования, сложившимися общественными отношениями.


Вождизм всегда основан на культе личности, но не любой культ личности переходит в вождизм. Во время создания культа личности Сталина уже существовал культ личности пролетарского писателя Максима Горького, который не хотел и не стал политиком. Влияние мнения Горького на настроения в советском обществе было огромным. Сталин, самый могущественный из правителей в Евразии, был вынужден считаться с популярностью Горького, вплоть до откровенного заискивания перед писателем. Складывается такое ощущение, что они друг друга побаивались. Пролетарский писатель, как мне кажется, опасался стать жертвой советского репрессивного аппарата, а Сталин опасался любого целенаправленного или неосторожного высказывания Горького, которое могло бы повредить имиджу отца народов.


Бывает трудно различить, где истинный культ а где обыкновенный страх. Момент истины наступает, когда режим даёт трещину. Там, где есть настоящий культ - там адепты начинают фанатично защищать своего вождя и его режим. Где культ вождя утратил свою объединяющую силу и все держится на страхе - фашистское государство рассыпается, как великолепный замок, построенный детьми в песочнице.


Иногда наличие одних лишь внешних признаков культа личности может привести к ошибочному толкованию природы власти политического лидера. Культ Брежнева - оксюморон. Леонид Ильич и фанатичная народная любовь - две абсолютно несовместимые вещи. У такой фигуры не было и не могло быть культа в принципе. Восхваление "дорогого товарища Леонида Ильича" было не отражением культа, это была своего рода игра затеянная и годами поддерживаемая зависимыми от генсека чиновниками и партийной  номенклатурой. Реально никакого почитания Брежнева в народе не было.  Бесчисленные награды, портреты генсека в кабинетах чиновников и многочисленные билборды с цитатами из его выступлений были симулякром, внешней имитацией культа личности, не более. Имитация, которая вызывала у советских людей лишь усмешку и была поводом для огромного количества анекдотов.


К сожалению, тяга к культу личности - особенность психики подавляющего большинства людей, в независимости от расы, нации, пола, возраста. Люди, обладающие критическим мышлением, всегда в меньшинстве в любом обществе. Но именно они, в силу своего ума, способны низвергнуть идола, которого остальная масса возвела на Олимп, которого считает несравненным гением, пророком и святым, единственно возможным своим вождём. Именно на критически мыслящих людях лежит забота о просвещении масс, на них лежит ответственность за бездействие в случае, если фашисты приходят к власти в их стране.


Культ личности для отдельного человека - признак безразличия к самому себе, свидетельство его морального поражения, в том числе, в его борьбе за личную свободу.


Освобождение от культа личности целой страны - не просто освобождение народа от преклонения перед культом вождя, это осознание этим народом своей настоящей роли в истории своей родины, истинной ценности для всего человечества.


Далее…

Обнаружено использование расширения AdBlock.


Викия — это свободный ресурс, который существует и развивается за счёт рекламы. Для блокирующих рекламу пользователей мы предоставляем модифицированную версию сайта.

Викия не будет доступна для последующих модификаций. Если вы желаете продолжать работать со страницей, то, пожалуйста, отключите расширение для блокировки рекламы.

Также на ФЭНДОМЕ

Случайная вики